+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Принудительная лицензия в патентном праве

Принудительные лицензии: правовые основы выдачи

Выдача принудительных лицензий – один из видов ограничения исключительных прав. Возможность оформления и выдачи принудительной лицензии прописана в большинстве национальных патентных законодательств. Чтобы понять положение дел в области принудительного лицензирования, обратимся к следующим аспектам проблемы. Во-первых, ответим на вопрос: возможна ли выдача лицензий во всех областях интеллектуальной собственности? Во-вторых, уясним, как регламентируется выдача принудительных лицензий согласно Парижской конвенции и Соглашению ТРИПС.

Поскольку речь идет об ограничении исключительных прав, обратимся к их особой природе. Известно, что объектом исключительных прав автор произведения или изобретатель может пользоваться и распоряжаться сам, а также передавать права другим лицам. Передача прав осуществляется путем заключения договора уступки, лицензионного договора и т.д.

Обусловленная особым характером исключительных прав, монополия создает для правообладателя преимущества при коммерческой реализации изобретения, тиражировании произведения и т.д. Исключительные права позволяют авторам и изобретателям получать вознаграждение за использование результатов творческой деятельности. Объекты исключительных прав становятся предметом правовых отношений.

Для различных областей интеллектуальной собственности (патентное и авторское права) исключительный характер прав имеет свои особенности. В патентном праве признание исключительных прав обеспечивает прежде всего возможность использования изобретения самим изобретателем или, если это служебное изобретение, – предприятием, где он трудится.

Если изобретатель или его работодатель сочтут самостоятельное использование изобретения по каким-либо причинам рискованным или невыгодным, то исключительный характер прав предоставляет им правомочия по передаче прав другим лицам. Подобная свобода выбора между личным использованием и использованием объектов исключительных прав другими лицами была признана «основной сущностью исключительных прав»[1].

Исключительные права на средства индивидуализации товаров (товарные знаки, фирменные наименования) имеют свои особенности. Основная цель данных объектов правоотношений – отличать товары и услуги одних производителей от подобных товаров и услуг других производителей. Доведение достоверной информации о производителе товара путем его идентификации не позволяет ввести в заблуждение потребителей относительно происхождения товара. Для решения этой задачи необходимо лишь монопольное использование указанных объектов владельцем исключительных прав.

В сфере авторского права автор крайне редко может самостоятельно реализовать созданное им произведение: напечатать и распространить рукопись, поставить свою пьесу, тиражировать музыкальное произведение на различных носителях. Еще более сложной задачей представляется самостоятельное отслеживание автором круга пользователей охраняемого произведения. Таким образом, чтобы получить вознаграждение за свою творческую деятельность, автору приходится передавать исключительные права другим лицам.

Итак, при реализации исключительных прав в различных областях интеллектуальной собственности есть свои особенности. Тем не менее во всех сферах характер исключительных прав должен способствовать изобретателям, авторам произведений или правопреемникам в получении соразмерного вознаграждения за творческую деятельность.

Какова же судебно-правовая практика зарубежных стран в области принудительного лицензирования? Как уже отмечалось, национальные законодательства большинства стран содержат положения о выдаче принудительных лицензий. Лицензии выдаются на определенный срок и являются неисключительными.

До 1977 г. в Канаде и Великобритании оформление принудительных лицензий было возможно по особой регламентации. В принципе любое заинтересованное предприятие могло получить принудительную лицензию для продуктов питания и медикаментов. Однако сейчас и в Канаде, и в Великобритании практика принудительного лицензирования прекращена. В Германии с 1950 г. в силу не вступила ни одна принудительная лицензия. Особый случай представляет лишь дело «Полиферон», выявившее необходимость четкой формулировки понятия «общественные интересы».

В США действует положение, по которому ни полное неиспользование, ни уклонение от выдачи лицензии не могут являться правовыми основаниями для выдачи принудительных лицензий. Единственным прецедентом в США, когда было санкционировано принудительное лицензирование товарного знака, стало дело «Реа Лемон»[2].

Лицензиаром выступила фирма «Борден», которой принадлежал товарный знак «Rea Lemon». Ее деятельность была расценена как нарушающая картельное право. Доминирующее положение фирмы на рынке обусловливалось формальным использованием товарного знака «Rea Lemon». Сама же фирма «Реа Лемон» не обладала правами на данный товарный знак. Подобное «уравнивание» прав было отклонено решением суда.

Принудительное лицензирование товарных знаков было окончательно запрещено на одном из заседаний комиссии в рамках Соглашения ТРИПС по настоянию американской делегации. При вынесении решения был учтен и отрицательный опыт выдачи принудительных лицензий на товарные знаки германским патентным ведомством вскоре после второй мировой войны, что привело к введению в заблуждение потребителей относительно качества товаров и услуг первоначальных владельцев знаков. Таким образом, формулировка ст. 21 Соглашения ТРИПС вводит категорический запрет на принудительное лицензирование товарных знаков.

Что касается принудительных лицензий в патентном праве, то, например, в Южной Корее неисключительные принудительные лицензии могут выдаваться при введении чрезвычайного положения в стране. Это возможно при условии, что заинтересованная сторона не смогла договориться с патенообладателем, прилагая все усилия и предлагая разумные условия, а также в случаях использования изобретения в некоммерческих и общественных целях.

Таким образом, многие страны в принципе отклоняют принудительное лицензирование, а некоторые применяют его лишь в общественных интересах.

В Парижской конвенции по охране промышленной собственности (ст. 5А) прописано, что неиспользование изобретения не должно трактоваться как злоупотребление правом безоговорочно. Оно может являться таковым в случае, когда к бездействию патентовладельца приводят объективные и субъективные обстоятельства, характеризующие его образ действий как предосудительный или нерациональный. Например, злоупотреблением было бы подавление пионерского или иных новейших изобретений из-за неиспользования блокирующего патента. Неиспользование можно квалифицировать во всех случаях, когда в обществе стоит проблема обеспечения рынка жизненно важными товарами. Тот факт, что патентовладелец занимает фактически монопольную позицию на рынке, не является ущемлением общественных интересов. Здесь должны иметь место особые обстоятельства. Например, когда патентовладелец, утаивая свое изобретение, препятствует развитию целой отрасли производства.

«Принудительная лицензия не может быть истребована по причине неиспользования или недостаточного использования до истечения срока в четыре года, считая с даты выдачи патента, причем должен применяться срок, который истекает позднее; в выдаче принудительной лицензии будет отказано, если патентообладатель докажет, что его бездействие было обусловлено уважительными причинами»[3].

Особым случаем является выдача принудительных лицензий, когда речь идет о зависимых патентах. Чаще всего подобная ситуация может возникнуть в химико-фармацевтической промышленности, если новое изобретение зависит от ранее созданного. Особые условия выдачи лицензий в данной ситуации содержатся в ст. 31 Соглашения ТРИПС.

Что касается принудительных лицензий на ввоз и сбыт, то в Германии, например, не существует необоснованного принудительного лицензирования. В других странах, где обязательно национальное использование изобретения, неиспользование может повлечь выдачу принудительной лицензии.

Обратимся к ст. 31 Соглашения ТРИПС, содержащей положения об использовании изобретений без разрешения правообладателя. Ее содержание полностью согласуется со ст. 5А Парижской конвенции и предоставляет национальным законодателям право уточнять правовую базу для выдачи принудительных лицензий (первый абзац ст. 31).

Согласно п. 1 ст. 8 Соглашения ТРИПС его участники исходя из национального законодательства определяют, когда следует прибегать к подобным мерам, направленным на охрану здоровья общества и обеспечивающим общественные и государственные интересы в жизненно важных секторах экономики.

В соответствии с п. 1 ст. 2 Соглашения ТРИПС данные положения должны увязываться со ст. 1 – 12 и 19 Парижской конвенции. Однако ее ст. 5А более точно определяет правовую базу неиспользования или недостаточного использования изобретений и оставляет некоторую свободу действий при определении других оснований выдачи принудительных лицензий.

В ст. 31 Соглашения ТРИПС неиспользование или недостаточное использование соотносится с понятием «общественный интерес», что, на наш взгляд, является наиболее важным правоустанавливающим фактором при определении возможности выдачи принудительной лицензии. Понятию «общественный интерес» крайне сложно дать единую формулировку, учитывая его различные интерпретации. Общественные интересы могут распространяться на оборону страны, охрану окружающей среды, борьбу с различного рода заболеваниями и т.д. Так, германский суд, рассматривая дело «Полиферон», дал следующую формулировку: «Общественные интересы не могут быть определены в целом, так как это емкое правовое понятие. Оценка так называемого соотношения интересов патентовладельца и интересов общества может быть различна в зависимости от конкретных обстоятельств. Последние и должны стать определяющим фактором в вынесении решения»[4].

К общественным интересам можно апеллировать лишь при особых обстоятельствах, которые отодвигают на задний план исключительные права и интересы патентовладельца. Только в этом случае ограничение прав патентовладельца в форме принудительного лицензирования может быть оправданно.

Думается, само существование института принудительного лицензирования должно стимулировать патентовладельцев на взаимовыгодной основе предоставлять лицензии заинтересованным лицам, не прибегая к выдаче принудительной лицензии.

Что касается положений Патентного закона Российской Федерации о выдаче принудительных лицензий, то они должны быть уточнены в соответствии с нормами Парижской конвенции и Соглашения ТРИПС. Немаловажное значение для отечественной правоприменительной практики будет также иметь трактовка понятия «общественный интерес».

[1] Centrafarm/Sterling Drug//GRUR Int. 1974. S. 454.
[2] Trademark report. 67. 1971. S. 197.
[3] Боденхаузен Г. Парижская конвенция по охране промышленной собственности: Комментарий. М.: Прогресс, 1977. С. 83.
[4] Polyferon//GRUR. 1996. S. 190.

Принудительная лицензия в патентном праве

Энциклопедия юриста . 2005 .

Смотреть что такое ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ» в других словарях:

Принудительная лицензия — разрешение на использование запатентованных изобретений, выдаваемое компетентными государственными органами, с выплатой вознаграждения патентовладельцу. Принудительная лицензия выдается без согласия патентовладельца по решению судебных органов… … Финансовый словарь

ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ — лицензия, в соответствии с условиями которой обладатель патента не использует изобретение в течение определенного периода (как правило, не менее трех лет) с момента выдачи патента без уважительных причин. Компетентный орган по ходатайству… … Юридическая энциклопедия

Принудительная Лицензия — См. Лицензия Словарь бизнес терминов. Академик.ру. 2001 … Словарь бизнес-терминов

ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ — разрешение использовать запатентованные изобретения; выдаваемое компетентными государственными органами без согласия патентовладельца по решению суда или органа государственного управления. Эти же органы определяют условия, на которых… … Юридический словарь

Принудительная лицензия — В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, суд может по требованию заинтересованного лица принять решение о предоставлении этому лицу на указанных в решении суда условиях права использования результата интеллектуальной деятельности,… … Официальная терминология

принудительная лицензия — priverstinė licencija statusas Aprobuotas sritis sėklininkystė apibrėžtis Licencija, kuri gali būti priverstinai išduodama, jeigu valstybėje trūksta valstybės ūkiui svarbios saugomos veislės dauginamosios medžiagos arba selekcininkas per 3 metus… … Lithuanian dictionary (lietuvių žodynas)

ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ — лицензия, в соответствии с условиями которой обладатель патента не использует изобретение в течение определенного периода (как правило, не менее трех лет) с момента выдачи патента без уважительных причин Компетентный орган по ходатайству… … Энциклопедический словарь экономики и права

принудительная лицензия — разрешение использовать запатентованные изобретения; выдаваемое компетентными государственными органами без согласия патентовладельца по решению суда или органа государственного управления. Эти же органы определяют условия, на которых… … Большой юридический словарь

ЛИЦЕНЗИЯ ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ — ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ … Юридическая энциклопедия

ЛИЦЕНЗИЯ ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ — (см. ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ) … Энциклопедический словарь экономики и права

Статья 1362. Принудительная лицензия на изобретение, полезную модель или промышленный образец

1. В комментируемой статье предусмотрено предоставление двух видов принудительных лицензий (в случае неиспользования или недостаточного использования патентообладателем запатентованных объектов и в случае так называемых зависимых изобретений), которые в ранее действовавшем законодательстве были урегулированы соответственно п.

Институт принудительного лицензирования предусмотрен в патентных законодательствах большинства государств мира, хотя на практике он не получил широкого применения.

Институт принудительного лицензирования нашел также отражение в международном патентном праве, например в ст. 5 (а) Парижской конвенции по охране промышленной собственности (далее — Парижская конвенция), ст. 31 Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (далее — Соглашение ТРИПС).

Это интересно:  Ндфл патент 2018 возмещение

2. В пункте 1 комментируемой статьи предусмотрены условия предоставления, а также прекращения действия принудительной лицензии в случае использования или недостаточного использования патентообладателем запатентованного изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Принудительное лицензирование по указанному основанию — это одна из форм исключений из патентной монополии на возмездных началах.

В основе указанного исключения лежит обязанность по использованию запатентованного объекта, являющаяся, наряду с обязанностью по уплате пошлин, своеобразной ценой за предоставленную государством патентную монополию. С этой точки зрения принудительное лицензирование представляет собой санкцию за невыполнение патентообладателем обязанности по использованию запатентованного объекта.

Сам факт неиспользования запатентованного изобретения квалифицируется международным патентным правом как злоупотребление в сфере осуществления исключительного права, предоставляемого патентом, для предотвращения которого и предусмотрена выдача принудительных лицензий (ст. 5 (а) (2) Парижской конвенции).

Принудительная лицензия носит ярко выраженный штрафной характер, что помимо прочего следует из ее названия. Поэтому именно судебное решение является основанием возникновения данного принудительного договорного обязательства.

3. Положения о предоставлении принудительной лицензии на изобретение, полезную модель или промышленный образец во многом согласованы с требованиями ст. 31 Соглашения ТРИПС. Отсутствует только положение о том, что принудительная лицензия может быть переуступлена другому лицу только совместно с предприятием, на котором использовался соответствующий запатентованный объект.

4. Предоставление принудительной простой (неисключительной) лицензии на использование на территории России соответствующего запатентованного объекта осуществляется путем предъявления в суд иска к патентообладателю при наличии одновременно следующих условий:

— неиспользование или недостаточное использование патентообладателем запатентованных объектов в течение допустимых сроков их неиспользования (недостаточного использования);

— недостаточное предложение соответствующих товаров, работ или услуг на рынке вследствие указанного неиспользования (недостаточного использования);

— готовность любого лица, желающего использовать указанные запатентованные объекты;

— отказ патентообладателя от заключения с этим лицом лицензионного договора на условиях, соответствующих установившейся практике.

5. Следует отметить некоторое ужесточение требований к обязательному использованию запатентованных изобретений, полезных моделей или промышленных образцов.

Если ранее, согласно п. 3 ст. 10 Патентного закона РФ, при оценке использования запатентованных объектов должны были учитываться не только соответствующие действия патентообладателей, но и лиц, которым передавались права на указанные объекты (т.е. лицензиатов), то в настоящее время такая возможность исключена.

Иными словами, в соответствии с комментируемым пунктом патентообладатель не может оправдать свое бездействие фактами использования запатентованных изобретений, полезных моделей или промышленных образцов согласно предоставленному им лицензионному договору.

6. Для целей предоставления принудительной лицензии важное значение имеет определение понятий «неиспользование» или «недостаточное использование» запатентованных объектов. Иными словами, необходимо установить, какие виды использования патентообладателем запатентованных объектов могут предотвратить принудительное лицензирование.

Во-первых, представляется очевидным, что использование запатентованных объектов должно иметь промышленный характер, достаточный для насыщения рынка соответствующими товарами, работами, услугами.

Во-вторых, не все виды использования запатентованных объектов, перечисленные в п. 2 ст. 1358 ГК РФ (см. комментарий к указанному пункту), могут быть признаны таковыми для целей применения комментируемого пункта. Так, например, изготовление запатентованного продукта или применение запатентованного способа на территории России, а также все вторичные виды использования указанных объектов (предложение к продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение) могут считаться достаточными, чтобы избежать принудительного лицензирования. Однако ввоз на территорию Российской Федерации запатентованного в Российской Федерации продукта, изготовленного за рубежом, и все последующие действия по введению его в гражданский оборот или хранению, не могут быть признаны надлежащим его использованием. Иными словами, импорт в Россию запатентованной продукции, произведенной в зарубежных государствах, не может заменить размещения производства указанной продукции на территории России.

7. Комментируемая статья содержит ряд терминов, которые являются оценочными понятиями и подлежат в случае спора доказыванию в суде лицами, выдвигающими требования о предоставлении принудительной лицензии либо о прекращении ее действия.

К таким терминам относятся следующие: «готовность к использованию» запатентованного объекта; «недостаточное предложение» соответствующих товаров (работ, услуг) на рынке; «уважительные причины» неиспользования или недостаточного использования запатентованных объектов; «цена лицензии, определяемая при сравнимых обстоятельствах»; «обстоятельства, обусловившие предоставление такой лицензии, перестанут существовать и их возникновение маловероятно».

Так, например, готовность лица, испрашивающего принудительную лицензию, следует понимать как наличие у него достаточных средств для осуществления неиспользуемого (недостаточно используемого) объекта (финансовые средства, наличие материальной базы, сырья, квалифицированной рабочей силы, комплектующих деталей, производственных площадей и т.д.). Уважительными причинами неиспользования (недостаточного использования) запатентованного объекта могут быть только аргументы правомерного характера (в том числе юридического, технико-экономического), подтвержденные компетентными органами.

8. К числу исключений из патентной монополии традиционно относят предоставление принудительной лицензии в случае так называемого зависимого изобретения, когда патентообладатель не может использовать свое запатентованное изобретение, не нарушая при этом прав обладателя другого (предшествующего) патента на изобретение или полезную модель.

Правила, регламентирующие указанный случай принудительного лицензирования, предусмотрены в п. 2 комментируемой статьи; они во многом совпадают с положениями ст. 31 Соглашения ТРИПС.

9. Предоставление принудительной простой (неисключительной) лицензии, действующей на территории России, в случае зависимого изобретения осуществляется путем предъявления в суд иска обладателем патента на зависимое изобретение обладателю первого (независимого) изобретения при наличии одновременно следующих условий:

— невозможность для обладателя второго патента использовать свое изобретение (зависимое изобретение) без нарушения прав обладателя первого патента на изобретение или полезную модель;

— отказ обладателя первого патента от заключения лицензионного договора с обладателем второго патента на условиях, соответствующих установившейся практике;

— доказанность обладателем второго патента в суде того факта, что его зависимое изобретение представляет собой важное техническое достижение и имеет существенные экономические преимущества перед предшествующим запатентованным изобретением или полезной моделью.

Следует особо отметить, что законодатель исключил возможность возникновения ситуации с зависимой полезной моделью, поскольку комментируемый пункт не уполномочивает обладателя патента на такую полезную модель требовать предоставить ему лицензии на предшествующее изобретение или полезную модель для целей беспрепятственного правомерного использования данной полезной модели.

10. Как следует из вышеизложенного, принудительное лицензирование в случае зависимого изобретения существенно отличается от принудительного лицензирования в случае неиспользования или недостаточного использования запатентованного объекта.

Объединяет эти два случая принудительного лицензирования то обстоятельство, что в их основе лежит злоупотребление патентообладателем своим исключительным правом (патентной монополией).

В случае с зависимым изобретением злоупотребление патентной монополией выражается в форме отказа патентообладателя, патент которого препятствует использованию важного для общества технического достижения, от заключения лицензионного соглашения с обладателем патента на зависимое изобретение, что в принципе является тормозом для развития научно-технического прогресса в стране.

11. Важное отличие указанного случая принудительного лицензирования заключается в правовых последствиях предоставления принудительной лицензии, которые в определенной степени уравновешивают баланс интересов между обоими патентообладателями.

Эти правовые последствия выражены в форме так называемого перекрестного лицензирования: в случае предоставления принудительной лицензии обладатель патента на изобретение или полезную модель, право на использование которых предоставлено на основании указанной лицензии, также имеет право на получение простой (неисключительной) лицензии на использование изобретения, в связи с которым была выдана принудительная лицензия. При этом такая «перекрестная» лицензия выдается на условиях, соответствующих установившейся практике, т. е. с определением объема использования, размера, порядка и срока платежей.

Второе отличие принудительного лицензирования в случае зависимого изобретения состоит в том, что законодатель, следуя ст. 31 Соглашения ТРИПС, предусмотрел возможность передачи права использования, предоставленного согласно принудительной лицензии: полученное по принудительной лицензии право использования изобретения, охраняемое первым патентом, не может быть передано другим лицам, кроме случая отчуждения второго патента, т.е. зависимого патента. Иными словами, самостоятельная передача права использования предшествующего изобретения не допускается; оно может быть передано другим лицам только совместно с отчуждением этим лицам исключительного права на зависимое изобретение.

Примечательно, что в данном положении речь идет о передаче права использования только изобретения, полученного по принудительной лицензии на использование как изобретения, так и полезной модели. В связи с этим не вполне понятна судьба полученного по принудительной лицензии права использования полезной модели в случае отчуждения исключительного права на изобретение, зависимое от этой полезной модели. Думается, что в тех редких случаях, когда это может произойти, право использования полезной модели должно следовать судьбе исключительного права на зависимое изобретение, т. е. передаваться совместно с отчужденным патентом.

12. Пункт 3 комментируемой статьи представляет собой новацию ГК РФ, расширяющего полномочия федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Оба вида принудительных лицензий, предоставляемых на основании решений судов (п. 1 и 2 комментируемой статьи), подлежат государственной регистрации в указанном федеральном органе.

ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ ЛИЦЕНЗИИ В ПАТЕНТНОМ ПРАВЕ

кандидат юридических наук,

Материал подготовлен с использованием

правовых актов по состоянию

на 12 января 2015 г.

Патент на объект промышленной собственности — изобретение, полезную модель, промышленный образец, сорт растения призван обеспечить монополию патентообладателя на использование защищенного патентом решения. Аналогичную функцию выполняет свидетельство на топологию интегральной микросхемы.

Однако данная монополия не может быть абсолютной; необходимость ее ограничения продиктована интересами общества в целом и отдельных лиц, заинтересованных в получении возможности использования охраняемых объектов независимо от воли патентообладателя.

Основы для ограничения исключительных прав закреплены в п. 3 ст. 983 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК), устанавливающей, что ограничения исключительных прав, в том числе путем предоставления возможности использования объекта интеллектуальной собственности другим лицам. допускается в случаях, пределах и порядке, установленных ГК или иным законом. Одним из вариантов ограничения исключительного права патентообладателя является предоставление принудительной лицензии на использование защищенного патентом объекта промышленной собственности.

Международно-правовые основы применения

Механизм предоставления принудительных лицензий имеет длительную историю, впервые возможность предоставления принудительной лицензии в отношении запатентованного изобретения была предусмотрена в 1784 году в патентном законе Южной Каролины . К концу XIX века нормы о принудительных лицензиях уже содержались в патентных законах ведущих европейских стран .

Андрощук, Г.А. Патентное право: правовая охрана изобретений / Г.А.Андрощук, Л.И.Работягова. — 2-е изд., перераб. и доп. — Киев: МАУП, 2001. — С. 116.

Пиленко, А.А. Право изобретателя / А.А.Пиленко. — М.: Статут, 2001. — С. 511.

Основой для формирования института принудительного лицензирования в современном праве являются нормы Парижской конвенции по охране промышленной собственности (заключена в г. Париже 20.03.1883) (далее — Парижская конвенция), статья 5А (2) которой гласит, что «. страна Союза имеет право принять законодательные меры, предусматривающие выдачу принудительных лицензий, для предотвращения злоупотреблений, которые могут возникнуть в результате осуществления исключительного права, предоставляемого патентом, например, в случае неиспользования изобретения». Тем самым Парижская конвенция не ограничивает участвующие в ней государства в целях, для которых может использоваться механизм принудительного лицензирования, называя неиспользование запатентованного объекта в качестве одного из возможных случаев злоупотребления со стороны патентообладателя, дающего право на использование принудительного лицензирования.

Мировой практике известны три основных вида принудительных лицензий:

1) принудительная лицензия в отношении неиспользуемого или недостаточно используемого патента;

2) принудительная лицензия в отношении зависимого патента;

3) принудительная лицензия в общественных интересах .

Андрощук, Г.А. Патентное право: правовая охрана изобретений / Г.А.Андрощук, Л.И.Работягова. — 2-е изд., перераб. и доп. — Киев: МАУП, 2001. — С. 117.

В качестве условия выдачи принудительных лицензий в связи с неиспользованием (недостаточным использованием) патента статья 5А (4) Парижской конвенции предусматривает: «Принудительная лицензия не может быть потребована по причине неиспользования или недостаточного использования до истечения срока в четыре года, считая с даты подачи заявки на патент, или трех лет с даты выдачи патента, причем должен применяться срок, который истекает позднее; в выдаче принудительной лицензии будет отказано, если патентообладатель докажет, что его бездействие было обусловлено уважительными причинами».

Это интересно:  Бухучет ип на патенте 2019

Использованный в Парижской конвенции механизм конкуренции сроков призван учесть различие в патентном законодательстве стран — членов Парижского союза, которое предусматривает выдачу патентов на основании проводимой экспертизы заявки по существу или без такой экспертизы. Как отмечает Г.Боденхаузен в комментарии к тексту Парижской конвенции, «. чтобы предоставить заявителю больше времени для организации использования его патента, принудительная лицензия может быть истребована лишь по истечении четырех лет со дня подачи патентной заявки. Однако, если, например, в связи со сроками, необходимыми для экспертизы заявки по существу, патент выдан больше, чем через год после подачи заявки, принудительная лицензия может быть потребована до истечения трех лет со дня выдачи патента» .

Боденхаузен, Г. Парижская конвенция по охране промышленной собственности. Комментарий / пер. с франц. Н.Л.Тумановой; под ред. проф. Богуславского М.М. — М.: Прогресс, 1977. — С. 89.

Действующая для Республики Беларусь Международная конвенция по охране новых сортов растений (заключена в г. Женеве 02.12.1961) (далее — Конвенция по охране сортов растений) в статье 17 предусматривает, что Договаривающаяся сторона может ограничивать свободное осуществление права селекционера только в силу причин, обусловленных общественными интересами; в случае, если следствием такого ограничения является предоставление третьему лицу разрешения на совершение действий, требующих разрешения селекционера, соответствующая Договаривающаяся сторона предпринимает все меры, необходимые для того, чтобы селекционер получил справедливое вознаграждение. Таким образом, Конвенция по охране сортов растений не ограничивает участвующие в ней государства ни в возможности определять виды принудительных лицензий, ни в каких-либо сроках, являющихся основанием для истребования принудительной лицензии в отношении охраняемого сорта растения.

В том, что касается топологий интегральных микросхем, следует отметить, что Беларусь не участвует в каких-либо международных договорах, ограничивающих возможности применения принудительных лицензий в отношении данного объекта промышленной собственности.

Более детально механизм принудительного лицензирования регламентирован в Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС), являющемся частью Соглашения, учреждающего Всемирную торговую организацию. Несмотря на то что Беларусь в настоящее время не является членом ВТО, положения Соглашения ТРИПС необходимо учитывать постольку, поскольку соответствие им национального законодательства является условием членства нашей страны в ВТО.

В Соглашении ТРИПС непосредственно упоминается возможность принудительного лицензирования в отношении патентов, под которыми в контексте Соглашения ТРИПС понимаются только изобретения. Условия, которые государство должно соблюдать, допуская в своем национальном законодательстве выдачу принудительных лицензий, закреплены в ст. 31 Соглашения ТРИПС:

(a) разрешение на такое принудительное использование должно основываться на индивидуальных характеристиках предмета;

(b) такое использование может быть разрешено только в том случае, если до начала такого использования предполагаемый пользователь делал попытки получения разрешения от правообладателя на разумных коммерческих условиях и в течение разумного периода времени эти попытки не завершились успехом. Это требование может быть снято членом в случае чрезвычайной ситуации в стране или других обстоятельств крайней необходимости или в случае некоммерческого использования государством;

(c) объем и продолжительность такого использования ограничиваются целями, для которых оно было разрешено;

(d) такое использование не является исключительным;

(e) такое использование не подлежит цессии, кроме как с той частью предприятия или его нематериальных активов, которые осуществляют такое использование;

(f) любое такое использование разрешается в первую очередь для обеспечения потребностей внутреннего рынка члена, дающего разрешение на такое использование;

(g) разрешение на такое использование подлежит отмене при надлежащем соблюдении защиты законных интересов лиц, получивших такое разрешение, если и когда обстоятельства, которые привели к этому, прекращают существовать и маловероятно, что они возобновятся;

(h) правообладателю выплачивается соответствующее вознаграждение с учетом обстоятельств в каждом случае и экономической стоимости разрешения;

(i) юридическая сила любого решения, относящегося к разрешению такого использования, может быть предметом судебного пересмотра или иного независимого пересмотра отдельным вышестоящим органом власти упомянутого члена;

(j) любое решение, касающееся вознаграждения, предусмотренного в отношении такого использования, может быть предметом судебного пересмотра или иного независимого пересмотра отдельным вышестоящим органом власти упомянутого члена.

Несмотря на детальную регламентацию условий, при соблюдении которых возможно предоставление принудительных лицензий, Соглашение ТРИПС не ограничивает государства — члены ВТО в определении целей, для которых используется механизм принудительного лицензирования, в связи с чем приведенные выше условия можно рассматривать как универсальные, в равной мере применимые при выдаче принудительных лицензий в связи с неиспользованием запатентованного объекта, при принудительном лицензировании в общественных интересах, а также в отношении зависимых патентов.

Дальнейшее развитие данные нормы получили в принятой на Дохийской министерской конференции (2001 года) Декларации по вопросам Соглашения ТРИПС и общественного здоровья, согласно которой «. Соглашение ТРИПС не должно препятствовать государствам-членам в принятии мер по охране общественного здоровья». С целью охраны общественного здоровья в параграфе 5 (b) Декларации оговаривается право каждого государства выдавать принудительные лицензии и определять основания для выдачи таких лицензий .

Более подробно см.: http://www.wto.org/english/tratop_e/trips_e/implem_para6_e.htm.

Принудительные лицензии в патентном праве Беларуси

В отечественном законодательстве по охране объектов промышленной собственности содержатся нормы, посвященные выдаче принудительных лицензий; при этом принудительное лицензирование допускается в отношении всех названных выше объектов промышленной собственности. Так, Закон Республики Беларусь от 16.12.2002 N 160-З «О патентах на изобретения, полезные модели, промышленные образцы» (далее — Закон об изобретениях) предусматривает возможность выдачи принудительной лицензии только по основанию неиспользования или недостаточного использования запатентованного объекта. Согласно ст. 38 Закона об изобретениях при неиспользовании или недостаточном использовании патентообладателем изобретения в течение пяти лет, а полезной модели, промышленного образца в течение трех лет с даты публикации сведений о патенте любое лицо, желающее и готовое использовать запатентованные изобретение, полезную модель, промышленный образец, в случае отказа патентообладателя от заключения лицензионного договора может обратиться в суд с заявлением о предоставлении ему принудительной неисключительной лицензии. Если патентообладатель не докажет, что неиспользование или недостаточное использование изобретения, полезной модели, промышленного образца обусловлено уважительными причинами, суд предоставляет указанную лицензию с определением пределов использования, размеров, сроков и порядка платежей.

Аналогичная норма предусмотрена ст. 31 Закона Республики Беларусь от 13.04.1995 N 3725-XII «О патентах на сорта растений» (далее — Закон о растениях), устанавливающей, что при неиспользовании или недостаточном использовании патентообладателем сорта растения в течение трех лет с даты внесения сорта растения в Государственный реестр охраняемых сортов растений Республики Беларусь лицо, желающее и готовое использовать сорт растения, в случае отказа патентообладателя от заключения лицензионного договора может обратиться в суд с заявлением о предоставлении ему принудительной неисключительной лицензии; если патентообладатель не докажет, что неиспользование или недостаточное использование сорта растения обусловлено уважительными причинами, суд предоставляет принудительную лицензию с определением пределов использования сорта растения, размеров, сроков и порядка платежей, количества передаваемых семян растений.

Закон Республики Беларусь от 07.12.1998 N 214-З «О правовой охране топологий интегральных микросхем» (далее — Закон о микросхемах) в ст. 17 предусматривает, что при неиспользовании или недостаточном использовании топологии правообладателем в течение трех лет с даты регистрации ее в Государственном реестре топологий интегральных микросхем любое физическое или юридическое лицо, желающее и готовое использовать охраняемую топологию, в случае отказа правообладателя от заключения лицензионного договора может обратиться в Верховный Суд Республики Беларусь с иском о предоставлении ему принудительной неисключительной лицензии. В случае принятия Верховным Судом Республики Беларусь решения об удовлетворении иска о предоставлении принудительной неисключительной лицензии правообладатель обязан заключить лицензионный договор с лицом, желающим и готовым использовать охраняемую топологию, с определением пределов использования топологии, размера, сроков и порядка платежей.

Анализ приведенных выше норм позволяет говорить о том, что в отношении различных объектов промышленной собственности применяется единообразный механизм предоставления принудительных лицензий.

Однако применение данных норм на практике сталкивается с рядом проблем. Наиболее сложной теоретической проблемой является отсутствие единого понимания правовой природы принудительной лицензии. Одни правоведы исходят из того, что принудительная лицензия не является лицензионным договором, а объем и условия использования запатентованного изобретения (полезной модели) определяются в судебном решении, принятом по иску заинтересованного лица о предоставлении ему принудительной лицензии . В комментариях норм Соглашения ТРИПС принудительная лицензия также рассматривается преимущественно как выдаваемое государством разрешение на использование защищенного патентом изобретения (полезной модели) . Другая группа исследователей толкует принудительную лицензию как лицензионный договор, заключаемый в принудительном порядке, что выражается в формулировке: «при неиспользовании или недостаточном использовании объектов патентных прав самим патентообладателем он может быть понужден к выдаче принудительной лицензии» .

Комментарий к Патентному закону Российской Федерации / А.Д.Корчагин [и др.]. — М.: Димитрейд график групп, 2004. — С. 67.

Патентное право: комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации / Н.Г.Валеева и [др.]. — М.: Статут, 2010. — С. 137.

С точки зрения применения норм о выдаче принудительных лицензий в праве Республики Беларусь последняя точка зрения представляется предпочтительной в связи с тем, что законодатель не дает четкого определения природы возникающих отношений; при этом условия, на которых выдается принудительная лицензия, требуют закрепления, а лицу, требующему предоставления принудительной лицензии, необходимо основание для осуществления лицензионных платежей, каковым может выступать именно договор. Поэтому отечественные правоведы предлагают рассматривать принудительную лицензию как способ (процедуру) заключения договора неисключительной лицензии .

Попова, Е.А. Принудительное заключение лицензионных договоров [Электронный ресурс] / Е.А.Попова // ИБ «КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск» / ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2014.

Однако вопрос о том, может ли в отношении принудительной лицензии применяться механизм заключения договора в обязательном порядке (ст. 415 ГК), представляется спорным. Проблема состоит в том, что предусмотренный ст. 415 ГК порядок заключения договора в обязательном порядке применяется в случаях, когда в соответствии с ГК и иными актами законодательства для одной из сторон заключение договора является обязательным. Применительно к принудительным лицензиям обязанность заключения лицензионного договора возникает не на основании акта законодательства, а на основании решения суда. Поэтому предоставление принудительных лицензий следует рассматривать как особый случай, в отношении которого правила о заключении договора в обязательном порядке, содержащиеся в ст. 415 ГК, не применяются.

Отечественная практика истребования принудительных лицензий является крайне ограниченной и не позволяет делать обобщающие выводы. Анализ более обширной судебной практики, складывающейся в вопросах выдачи принудительных лицензий в Российской Федерации, свидетельствует о том, что исковое требование лица, заинтересованного в получении принудительной лицензии, формулируется именно как требование о понуждении патентообладателя к заключению лицензионного договора.

Вопрос об условиях предоставления принудительных лицензий достаточно подробно исследован в науке гражданского права. По мнению профессора А.И.Зенина, предоставление принудительной лицензии допускается при соблюдении целого комплекса условий:

1) изобретение или иной объект промышленной собственности должны не использоваться или недостаточно использоваться самим патентообладателем в течение определенного законом срока;

2) это привело к недостаточному предложению соответствующих товаров, работ или услуг на рынке;

3) патентообладатель отказывается от заключения с заинтересованным лицом лицензионного договора;

4) отказ осуществляется несмотря на то, что условия предполагаемого лицензионного договора соответствуют установившейся практике;

5) речь идет только о неисключительной лицензии;

6) лицо, претендующее на получение права использования, не только желает, но и готово использовать охраняемый объект промышленной собственности (т.е. обладает всеми необходимыми материальными, производственными, финансовыми, кадровыми и т.п. ресурсами, а также разрешениями, сертификатами и т.п. документами компетентных государственных органов);

Это интересно:  Опоздал оплатить патент

7) ходатайство предполагает использование объекта на территории действия патента;

8) решение о предоставлении лицензии принимается судом;

9) претендент на лицензию должен указать в исковом требовании предлагаемые им условия предоставления ему лицензии, в том числе объем использования, размер, порядок и сроки платежей;

10) патентообладатель не доказал, что неиспользование или недостаточное использование им охраняемого объекта обусловлено уважительными причинами (действием различного рода факторов непреодолимой силы, административными запретами и т.п.) .

Зенин, А.И. Право интеллектуальной собственности / И.А.Зенин. — М.: Юрайт, 2011. — С. 209.

Как мы уже отмечали, единственным основанием для возникновения права требовать предоставления принудительной лицензии, предусмотренным действующим законодательством, является неиспользование или недостаточное использование соответствующего объекта промышленной собственности.

Отечественное патентное законодательство содержит определение термина «использование». Согласно ст. 36 Закона о патентах использованием изобретения признается введение в гражданский оборот продукта, изготовленного с применением запатентованного изобретения, а также способа, охраняемого патентом; аналогичным образом определяется использование полезных моделей и промышленных образцов. Согласно п. 5 ст. 22 Закона о растениях использованием сорта растения признаются осуществляемые в отношении семян, а также растительного материала, полученного путем использования семян, производство или воспроизводство (размножение), доведение до посевных кондиций в целях размножения, предложение к продаже, продажа или иное введение в гражданский оборот, вывоз, ввоз, а также хранение для указанных целей. Согласно ст. 16 Закона о микросхемах использованием топологии признается воспроизведение, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа и иное введение в гражданский оборот этой топологии или интегральной микросхемы с такой топологией. Соответственно отсутствие перечисленных выше действий и является неиспользованием соответствующего объекта промышленной собственности.

Трудности связаны с толкованием примененной законодателем формулировки «недостаточное использование» объекта. Судебная практика не выработала четких критериев для оценки данного условия выдачи принудительной лицензии, в связи с чем в научных работах высказывается мнение о необходимости законодательно определить, что является таким недостаточным использованием . При решении данного вопроса в качестве ориентира может быть использована норма ст. 1362 ГК Российской Федерации, которая при определении неиспользования или недостаточного использования запатентованного объекта применяет дополнительный критерий, согласно которому такое недостаточное использование должно приводить к недостаточному предложению товаров, работ или услуг на рынке.

Черек, А.А. Правовое регулирование отдельных видов патентных договоров: автореф. дис. . канд. юрид. наук: 12.00.03 / А.А.Черек. — Волгоград, 2005. — С. 9.

В отечественной судебной практике имеется пример толкования критерия «недостаточное использование». Решением судебной коллегии по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда Республики Беларусь от 18.02.2008 было отказано в предоставлении принудительной неисключительной лицензии, «. поскольку патентообладатель предпринял все необходимые в соответствии с законодательством действия для использования изобретения и достаточно использует изобретение, охраняемое патентом, в Республике Беларусь». Фабула дела сводилась к следующему. В заявлении суду истцом — компанией «С» (Индия) указано, что в соответствии с регистрационным удостоверением, выданным компании «С» Министерством здравоохранения Республики Беларусь в 2004 году, она осуществляла поставки в Беларусь лекарственного средства «Олеанз», применяемого для лечения больных шизофренией и биполярным аффективным расстройством. Как далее указал истец, он в феврале 2006 г. получил от представителя ответчика — компании «Э» (Великобритания) претензию с требованием прекращения нарушения патентных прав ответчика на лекарственный препарат, выпускаемый под названием «Zyprexa» и защищенный патентом Республики Беларусь. По утверждению истца, после получения претензии он приостановил поставки лекарственного средства «Олеанз» в Республику Беларусь и предложил компании «Э» обсудить вопрос о заключении лицензионного договора на использование указанного патента на приемлемых условиях. В заключении лицензионного договора ответчик ему отказал. Однако, как указал истец в заявлении, патент на территории Республики Беларусь ответчик фактически не использует. В то же время он, истец, готов и имеет возможность поставлять препарат «Олеанз» в Республику Беларусь, при этом цена данного препарата значительно ниже цены аналогичного препарата, запатентованного компанией «Э». С учетом указанных обстоятельств, а также полагая, что предлагаемое им лекарственное средство «Олеанз» наиболее полно отвечает интересам Республики Беларусь по цене и качеству, является более доступным для лиц, страдающих психическими заболеваниями, истец просил суд предоставить ему принудительную неисключительную лицензию на использование патента N 2977 Республики Беларусь на срок его действия на определенных условиях.

Кроме того, судом было установлено, что производимое ответчиком на основе патента N 2977 лекарственное средство «Зипрекса» не является единственным или исключительным препаратом, предназначенным для лечения шизофрении и биполярных расстройств, а является лишь препаратом выбора для лечения указанных заболеваний.

Оценивая представленные суду доказательства, суд пришел к выводу о том, что компания «Э» как обладатель патента Республики Беларусь N 2977 предприняла все необходимые в соответствии с законодательством действия для использования изобретения по патенту N 2977 и достаточно распространяет свое изобретение, охраняемое этим патентом, в Республике Беларусь путем ввоза, предложения к продаже и продажи лекарственного средства «Зипрекса», изготавливаемого с использованием изобретения по патенту N 2977, и готова в случае необходимости увеличить поставки указанного лекарственного средства. Довод представителя компании «С» о том, что лекарственное средство «Зипрекса», поставляемое в Республику Беларусь компанией «Э», значительно дороже лекарственного средства истца «Олеанз» и в силу этого недоступно в Республике Беларусь больным шизофренией и биполярным аффективным расстройством, судом не был принят во внимание, поскольку правового значения для разрешения данного спора не имеет . Таким образом, суд, толкуя критерий «недостаточное использование», ограничился формальным доказательством факта предложения продукта, изготовленного на основании патента, к продаже и не стал оценивать доступность предлагаемого продукта потребителям.

ИБ «КонсультантПлюс. Материалы судебной практики Белорусский Выпуск» [Электронный ресурс]. — Минск, 2014.

С точки зрения процедуры истребования принудительной лицензии можно выделить следующие ключевые моменты. Во-первых, необходимо наличие общих предпосылок для принудительного лицензирования, находящихся между собой в причинно-следственной связи: неиспользование объекта патентных прав в течение указанного законом срока и связанное с этим отсутствие достаточного предложения товаров (работ, услуг), в которых может быть воплощено защищаемое патентом решение. При этом в литературе высказывается мнение о том, что, учитывая отрицательный характер фактов (неиспользование объекта и отсутствие предложения), следует предположить, что их наличие презюмируется, соответственно опровержение этих фактов должно быть возложено на патентообладателя .

Патентное право: комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации / Н.Г.Валеева [и др.]. — М.: Статут, 2010. — С. 139.

Во-вторых, необходимо наличие потенциального лицензиата, т.е. лица, желающего и готового использовать объект патентных прав. Указание на то, что лицензиат готов использовать запатентованное решение, можно толковать таким образом, что лицензиат должен представить доказательства своей возможности выпускать соответствующие товары, выполнять работы, оказывать услуги.

В-третьих, необходимо досудебное урегулирование, при котором потенциальный лицензиат должен направить патентообладателю оферту с предложением заключить с ним лицензионный договор. В оферте должны быть отражены все существенные условия предполагаемого лицензионного договора.

Отечественное патентное законодательство не содержит нормы, аналогичной норме ст. 1362 ГК Российской Федерации, требующей, чтобы патентообладатель отказался от заключения лицензионного договора «на условиях, соответствующих установившейся практике». Отсылка к «установившейся практике» имеет принципиально важное значение, поскольку позволяет принимать во внимание только те предложения лица, заинтересованного в заключении лицензионного договора, которые по своему содержанию соответствуют сложившимся на рынке условиям, и не принимать во внимание предложения, таким условиям не соответствующие. Поэтому в соответствии с действующим законодательством Беларуси требование о предварительном предложении со стороны заинтересованного лица носит сугубо формальный характер, а условия, на которых предлагалось заключение лицензионного договора, судом анализироваться не должны. Потенциальный лицензиат вправе обратиться в суд с иском о предоставлении ему принудительной лицензии только после неполучения акцепта.

Соблюдение названных выше условий является основанием для подачи иска о предоставлении принудительной лицензии потенциальным лицензиатом. В исковом заявлении указываются предполагаемые условия предоставления принудительной лицензии. Какие это условия? Исходя из норм о принудительных лицензиях, приведенных в законодательных актах, таковыми являются условия о пределах использования, размере, сроках и порядке платежей; для сортов растений дополнительным условием является количество передаваемых семян растений. При этом следует обратить внимание на то, что понятие «пределы использования», очевидно, включает в себя как объем использования (количество продукции, которую может произвести лицензиат), так и срок действия лицензии.

Рассмотрение спора о выдаче принудительной лицензии осуществляется судом. Инстанцией, рассматривающей данный спор, в соответствии со ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь будет судебная коллегия по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда Республики Беларусь.

Анализ норм законодательства, а также мнений, высказанных в научных работах, позволяет предложить следующее распределение бремени доказывания между участниками процесса. Истец должен доказать:

1) наличие возможностей практического использования запатентованного объекта;

2) факт предварительного обращения к патентообладателю с предложением заключить лицензионный договор.

На патентообладателя возлагается бремя доказывания достаточности использования запатентованного объекта либо уважительности причин его неиспользования (недостаточного использования). В равной мере на обе стороны возлагается бремя доказывания обоснованности условий, на которых заинтересованное лицо требует, а патентообладатель согласен заключить лицензионный договор.

Перспективы развития законодательства, регулирующего

предоставление принудительных лицензий

Представляется, что развитие института принудительных лицензий возможно по следующим направлениям.

Во-первых, необходимо введение новых видов принудительных лицензий. В их числе следует назвать принудительные лицензии, выдаваемые в общественных интересах. В отечественной литературе высказывается мнение о том, что применение средств, содержащих защищенные патентами изобретения (полезные модели), в случае возникновения чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств представляет собой вид принудительной лицензии . Однако представляется, что понятие принудительной лицензии, истребуемой в общественных интересах, может и должно трактоваться шире. В первую очередь к этой категории следует отнести принудительные лицензии в отношении лекарственных препаратов, оборудования и способов лечения, необходимых для охраны здоровья. Норма статьи 5А (2) Парижской конвенции, допускающей возможность принудительного лицензирования в случаях злоупотреблений со стороны патентообладателя, не будет нарушаться в связи с тем, что отказ патентообладателя от добровольного лицензирования изобретений, необходимых для охраны общественного здоровья, вступает в противоречие с закрепленным в ст. 2 ГК принципом приоритета общественных интересов и должен рассматриваться в качестве подобного злоупотребления.

Иванова, Д.В. Свободное использование запатентованного изобретения, полезной модели, промышленного образца [Электронный ресурс] / Д.В.Иванова // ИБ «КонсультантПлюс. Комментарии Законодательства Белорусский Выпуск» / ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2014.

Кроме того, можно учесть опыт Российской Федерации. Статья 1360 ГК Российской Федерации предусматривает возможность правительства принять решение, разрешающее использование изобретения, полезной модели, промышленного образца в интересах национальной безопасности с выплатой патентообладателю соразмерной компенсации, что по своей природе также является принудительной лицензией, только предоставляемой в административном порядке.

Еще одним основанием, по которому может выдаваться принудительная лицензия, является невозможность использования зависимого патента без нарушения прав владельца другого патента. При этом в качестве модели для регулирования отношений по предоставлению данного вида принудительных лицензий могут выступать нормы ст. 1362 ГК Российской Федерации, которые детально регламентируют условия и порядок предоставления. Ориентируясь на нормы ст. 31 Соглашения ТРИПС, российский законодатель в качестве основного условия называет необходимость для обладателя зависимого патента доказать, что изобретение представляет собой важное техническое достижение и имеет существенные экономические преимущества перед изобретением или полезной моделью обладателя первого патента.

Статья написана по материалам сайтов: dic.academic.ru, all-sci.net, infopedia.su.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector