+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Суды по авторским правам на игрушки

Взыскиваемые с нарушителей авторских и иных интеллектуальных прав компенсации должны быть соразмерными. Такое решение вчера принял Конституционный суд России. До сих пор санкции за продажу даже одного контрафактного диска могли составлять миллионы рублей.

Без вины виноватый

Согласно действующему законодательству владельцы авторских прав и иных интеллектуальных прав (смежных, патентных, на товарные знаки и другие) вправе требовать с нарушителей компенсацию. Ее размер субъективно оценивается судом и может составлять от 10 тысяч до 5 млн рублей, либо – двукратную стоимость произведения. При этом истцы освобождаются от обязанности доказывать размер фактически причиненного «пиратами» убытка.

Такие меры российские законотворцы заимствовали у США. По существу компенсация является своего рода штрафом, который призван не только возместить ущерб, но и предупредить дальнейшие нарушения. По логике полиции, иным надзорным органам и агентам правообладателя (вылавливание пиратов давно стало самостоятельным бизнесом) удается выявить ничтожную часть нарушений, а потому даже завышенный размер штрафа реально не всегда соразмерен причиненному убытку. Более того, низкие санкции могут стимулировать безнаказанность пиратов.

Но в России нередко складывалась обратная ситуация – даже минимально установленные законом компенсации активно используются для обогащения. Например, иск на 7,5 млрд рублей был предъявлен к издательству «Астрель», выпустившему брошюру с произведениями Александра Беляева («Человек-амфибия», «Голова профессора Доуэля», «Остров погибших кораблей» и другими). Ответчик ошибочно полагал, что авторские права на эти повести уже истекли. Такой просчет позволил истцу – издательству «Терра», потребовать взыскания двойной стоимости тиража. Причем его объем в 33 тысячи экземпляров он умножал на цену своего легального издания – коллекционного шеститомника в переплете из телячьей кожи с золотым тиснением. Высший арбитражный суд России расценил такую арифметику как несостоятельную и фактически отклонил иск.

Причем карательные санкции могут налагаться независимо от вины нарушителя – компании или индивидуального предпринимателя. В большинстве случаев никто даже не пытается найти производителей контрафакта, а суд не вправе отказать в иске при наличии у ответчика надлежащих товаросопроводительных документов, доказанной неосведомленности его о нарушении авторских прав и других «реабилитирующих» обстоятельств.

Бедная Лиза

На продаваемом в Алтайском крае диске находилось 179 песен Стаса Михайлова, что позволило истцу потребовать с продавца 1,8 млн рублей – по 10 тысяч за каждое произведение. По закону при таких «оптовых» нарушениях компенсация может снижаться в два раза (до 5 тысяч рублей за каждую песню), но это лишь частично решает проблему: индивидуальные предприниматели несут ответственность всем своим имуществом, а потому из-за единичного проступка могут оказаться банкротами и почти в прямом смысле слова без крыши над головой.

Судья Арбитражного суда Алтайского края Максим Кулик счел такие карательные санкции, взыскиваемые в пользу коммерческих структур, несправедливыми. Дело Юлии Любивой отягощалось ее личными обстоятельствами – сумму, почти в 24 тысячи раз (!) превышающую стоимость диска, «агент» пытался получить с мелкого торговца, с трудом сводившего концы с концами, чтобы прокормить страдающего церебральным параличом ребенка-инвалида. Запрос о конституционности норм Гражданского кодекса РФ служитель Фемиды направил в Конституционный суд России.

Юридическая офтальмология

Высшая инстанция признала допустимым взыскание штрафных компенсаций за нарушение прав на интеллектуальные произведения.

В то же время рассматривающие конкретные споры суды вправе снижать размер штрафных убытков – применять дифференцированный подход в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины ответчика и иных существенных обстоятельств. «Иной подход к взысканию компенсации подрывает доверие граждан к закону и суду и приводит к нарушению гарантируемого Конституцией России достоинства личности и запрета на унижающее человеческое достоинство наказание», – заключил Конституционный суд России. Федеральному законодателю предписано незамедлительно внести в Гражданский кодекс РФ соответствующие изменения.

Судья Гадис Гаджиев напоминает о необходимости соблюдения принципа равенства: «При вступлении во Всемирную торговую организацию (ВТО) Россия осознанно восприняла норму англо-американского права о штрафных убытках. Надо бороться с нарушениями, необходимо заставить уважать интеллектуальные права. Но чрезмерное превышение таких убытков недопустимо, и законодатель не должен ставить суд в положение выбора между двумя цветами – черным и белым. Такой дальтонизм мешает. Рассматривая конкретный спор, судьи вправе обнаруживать один из пятидесяти оттенков серого. Постановление – это прививка и для законодателя, и для судебной системы», – убежден Гадис Гаджиев.

По его словам, при оценке размера компенсации необходимо учитывать все аспекты деятельности ответчика, а уменьшать санкции можно в исключительных случаях: «Речь идет не о компаниях, которые в массовом порядке продают диски, а о газетном или продуктовом киоске, который реализовал, может быть, пять или десять дисков. Надо сравнивать магазин, который мог продать тысячи и получить большую прибыль, и женщину на рынке, для которой такая торговля не является профильным бизнесом», – пояснил судья.

Вместе с тем Конституционный суд России подтвердил возможность взыскания штрафных убытков даже при отсутствии вины. Служители Фемиды пришли к выводу, что осуществляющие предпринимательскую деятельность по продаже содержащих объекты интеллектуальной собственности товаров лица несут повышенный риск и обязаны получать необходимую информацию от своих контрагентов. Тогда как уже сейчас суды нередко «обнуляют» явно несоразмерные компенсации.

Мнения

Дарья Сергеева, старший юрист Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»

С одной стороны, положение о возможности требовать выплаты компенсации как альтернатива требованию о возмещении убытков – это благо, направленное на облегчение бремени пострадавшего правообладателя. С другой – суды, будучи ограничены установленным минимальным размером компенсации, по сути, не имели возможности в некоторых случаях присудить соразмерное возмещение. На практике это нередко приводило к необоснованному обогащению истца, заявляющего формально правомерное требование о применении данной санкции. Очевидно, что поскольку компенсация по своей сути является упрощенным способом возмещения убытков, ее размер не может быть оторван от фактических обстоятельств.

Важно отметить, что возможность снижения минимального размера компенсации не ставится в зависимость от степени вины правонарушителя. Речь идет о соразмерности применяемой санкции тем последствиям для правообладателя. При этом возможность снижения судами размера компенсации не лишила истцов возможности использования данного инструмента в принципе. Надеемся, что данное решение Конституционного суда России поможет скорректировать судебную практику в правильном направлении.

Вадим Усков, директор компании «Усков и партнеры»

Отечественные суды и до постановления Конституционного суда России, определяя размер компенсации, оценивали все обстоятельства дела. В том числе могли снижать ее ниже минимального предела (10 тысяч рублей) или признавать одним нарушением распространение сразу нескольких произведений одного автора, а не каждой, скажем, фотографии, в отдельности. Есть опасность, что теперь «маятник качнется в другую сторону» – суды будут произвольно уменьшать размер взыскиваемой компенсации, оставляя правообладателей без должной защиты.

Самым корректным, на мой взгляд, методом определения компенсации является двукратная стоимость нарушенного права. И если в сегодняшнем порядке есть карательно-воспитательный элемент, то логично было бы применить инструментарий общественной опасности деяния нарушителя – ступенчатую шкалу ответственности.

В судебных баталиях с НП «Эдельвейс» нужно поставить точку.

Честно сказать, до недавнего времени я ничего не слышал про существование и деятельность Некоммерческого партнерства по содействию защите прав на интеллектуальную собственность «Эдельвейс» (далее — НП «Эдельвейс»).

Однако буквально три дня назад к нам в коллегию обратилась ИП, в отношении которой НП «Эдельвейс» подало исковое заявление о взыскании денежной компенсации за нарушение исключительных прав. Самое необычное (по крайней мере для меня на данном «стажерском» этапе карьеры) в этом исковом заявлении — это номер искового заявления, исковое заявление № 7808.

Оказывается, наш доверитель (ИП) как ответчик идет по счету 7808-м! Мы стали изучать судебную практику с участием НП «Эдельвейс», и как выяснилось, на сегодняшний день в российских арбитражных судах рассмотрено (или находится на стадии рассмотрения) огромное количество дел, возбужденных по искам НП «Эдельвейс».

Подавляющее большинство судебных споров по искам НП «Эдельвейс» выиграно истцом, однако есть судебные споры, в которых отказано в удовлетворении исков (однако исковые заявления и, соответственно, судебные споры полностью аналогичны).

С судебной практикой можно ознакомиться на сайте http://sudact.ru/arbitral/ (арбитражные суды первой и апелляционной инстанции) и на сайте http://ipc.arbitr.ru/ (Суд по интеллектуальным правам, судебные акты кассационной инстанции). В лидерах по отказу в удовлетворении исков — Арбитражный суд Иркутской области и Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Таким образом, на сегодняшний день, к сожалению, нет единообразия в судебной практике по данной категории дел с участием НП «Эдельвейс». При этом очень интересны правовые позиции, которых придерживаются арбитражные суды при рассмотрении данной категории дел, являясь при этом противоположными позициями.

Со всеми фактическими обстоятельствами дел данной категории можно ознакомиться на официальных сайтах http://kad.arbitr.ru/ и http://ipc.arbitr.ru/

23.03.2012 между обществом с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (учредитель) и НП «Эдельвейс» (управляющий) подписан договор доверительного управления исключительными правами №Э1-МиМ, по которому учредитель передал управляющему в доверительное управление на три года исключительные права на использование персонажей аудиовизуального произведения – мультипликационного сериала «Маша и Медведь» (включая право распространять персонажи аудиовизуального произведения «Маша и Медведь», выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в форме изображения, право создавать производные от персонажей произведения), а управляющий обязался осуществлять управление этими исключительными правами в интересах учредителя управления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации аудиовизуальное произведение является объектом авторских прав.

Таким образом, персонажи «Медведь» и «Маша» аудиовизуального произведения — мультипликационного сериала «Маша и Медведь» являются объектом авторского права.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Исходя из изложенных норм, в предмет доказывания по настоящему делу входят: наличие у истца исключительного права на использование персонажей мультипликационного сериала «Маша и Медведь»: «Маша», «Медведь», факт продажи товара (сумки детской), на котором содержатся указанные персонажи, получение согласия правообладателя на использование ответчиком указанных изображений.

Исключительные права на средство индивидуализации – товарный знак «Маша и Медведь» принадлежит обществу с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» на основании свидетельства о регистрации товарного знака от 31.08.2009 №388156, приоритета от 19.01.2009 в классах МКТУ 03, 09, 13, 14, 16, 24, 25, 28, 32, 38, 41.

Факт нарушение исключительных прав истца ответчиком в результате реализации без согласия правообладателя жилетки, на которой присутствуют изображения персонажей «Маша», «Медведь», подтверждается представленными в материалы дела доказательствами:

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

При визуальном сравнении товарного знака истца с изображениями, содержащимися на реализованном ответчиком товаре – наклейках, судом установлено их визуальное сходство: графическое изображение (вид рисунков) идентичны, расположение отдельных частей изображений совпадает.

Доказательств, подтверждающих наличие у ответчика права на использование названных объектов интеллектуальной собственности в предпринимательских целях и правомерность реализации товара, не представлено.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, суд считает, что истцом доказан факт нарушения исключительных прав истца на изображения персонажей мультипликационного сериала «Маша и Медведь».

«Исследовав и оценив представленные в дело документы, доводы и пояснения сторон, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований законодательства об авторском праве и смежных правах при использовании произведений и(или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. При этом необходимо исходить из презумпции авторства, предусмотренной законодательством об авторском праве и смежных правах. В частности, при отсутствии доказательств иного автором произведения считается лицо, указанное в качестве автора на оригинале или на экземпляре произведения.

Согласно пункту 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

По правилам статей 1255, 1257 Гражданского кодекса Российской Федерации автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения, считается его автором, если не доказано иное и только автору произведения принадлежит исключительное право на произведение.

Это интересно:  Передача неисключительных прав на программное обеспечение ндс

Права изготовителя аудиовизуального произведения, то есть лица, организовавшего создание такого произведения (продюсера), согласно части 2 статьи 1263 Гражданского кодекса Российской Федерации определяются в соответствии со статьей 1240 настоящего Кодекса, как-то: изготовитель вправе при любом использовании аудиовизуального произведения указывать свое имя или наименование либо требовать такого указания.

Аудиовизуальные произведения являются в силу статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектом авторских прав.

По правилам части 1 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности может исключительно правообладатель.

Тем не менее, в деле отсутствуют доказательства передачи автором – художником истцу (либо иным лицам – контрагентам истца по договорам об отчуждении и доверительном управлении исключительными правами) прав на изображение персонажей («Маша», «Медведь»), компенсация за нарушение исключительных прав на которые заявлена.

Оценив изложенные выше обстоятельства в их совокупности и исходя из презумпции «нельзя передать больше прав, чем имеешь сам», суд приходит к выводу о том, что истец не доказал факта передачи ООО «Маша и Медведь» исключительных прав на спорные изображения персонажей, и соответственно, не подтвердил факта приобретения НП «Эдельвейс» исключительных прав, о защите которых заявлено в рамках настоящего иска.

Положениями статей 1252, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение с требованием о взыскании соответствующей компенсации вправе обратиться автор или иной правообладатель.

Поскольку истец не представил доказательств обладания исключительными правами на спорные изображения персонажей мультипликационного сериала «Маша и Медведь» — «Маша», «Медведь», у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска. »

Итак, подведем некоторые итоги. Поскольку истец должен представить доказательства обладания исключительными правами на объекты авторских прав, то иск может быть удовлетворен только при условии представления таких доказательств. Полагаю, что данная правовая позиция полностью соответствует нормам материального права и разуму.

Кредо Суда по интеллектуальным правам:

Lex semper intendit quod convenit rationi

Закон всегда имеет в виду то, что соответствует разуму!

Остается надеяться, что Суд по интеллектуальным правам и арбитражные суды первой и апелляционной инстанций всегда будут придерживаться кредо и выносить правильные и справедливые судебные акты в спорах с участием не только НП «Эдельвейс», но и других участников.

Дело NС01-1254/2016 по делу N А75-1473/2016. О взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и исключительного авторского права на персонажей анимационного сериала.

СУД ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ ПРАВАМ

История рассмотрения дела

Резолютивная часть постановления объявлена 1 февраля 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 6 февраля 2017 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующий судья — Тарасов Н.Н.,

судьи — Химичев В.А., Снегур А.А.,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Кузнецова Родиона Алексеевича (Республика Чувашия),

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и исключительного авторского права на персонажей анимационного сериала.

Лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, уведомлены надлежащим образом.

Суд по интеллектуальным правам

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Кузнецов Родион Алексеевич.

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанций судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.12.2016 кассационная жалоба предпринимателя передана по подсудности в Суд по интеллектуальным правам.

По мнению предпринимателя, истец обязан был предоставить доказательства контрафактности товара, поскольку само по себе сходство товара до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими обществу, не может означать, что товар является контрафактным.

При этом заявитель кассационной жалобы полагает, что истец не представил доказательств введения спорного товара в гражданский оборот именно ответчиком.

Между тем, по мнению предпринимателя, наличие в гражданском обороте детских игрушек, похожих на товарные знаки истца, может свидетельствовать о том, что они могли бы быть произведены в соответствии с полученными от истца правами.

Вместе с тем, по мнению заявителя кассационной жалобы, доказательства, представленные истцом, не подтверждают юридически значимые для настоящего дела обстоятельства и не образуют единую цепь доказательств, позволяющих установить вину и утверждать о нарушении исключительных прав истца со стороны ответчика.

Истец отзыв на кассационную жалобу не представил, в связи с чем Суд по интеллектуальным правам в соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный проверяет законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что судебные акты не обжалуются в части отказа истцу в удовлетворении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав на использование персонажей, в связи с чем проверка обжалуемых судебных актов в данной части не производится.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о начале судебного процесса с их участием, а также о времени и месте судебного заседания, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети Интернет, явки своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы.

В силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Суд по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых решении и постановлении , установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит правовых оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанции в силу следующих обстоятельств.

В подтверждение факта реализации ответчиком спорного товара в материалы судебного дела истцом представлены товарный чек от 21.10.2015, который содержит наименование проданного товара, его стоимость, дату продажи, фамилию лица, от имени которого выдан чек, печать предпринимателя, а также сам контрафактный товар.

При этом факт реализации спорного товара зафиксирован видеозаписью покупки.

Приоритет этих товарных знаков установлен с 12.09.2011, срок действия регистрации истекает 12.09.2021.

Кроме того исковые требования мотивированы тем, что между обществом Мельница» (студия) и Варфоломеевой С.В. (художник) был 16.11.2009 заключен договор заказа N 12/2009, по условиям которого студия поручает, а художник, в свою очередь, принимает на себя обязательство создать изображение согласованных сторонами персонажей для анимационного сериала под рабочим названием «Веселая Семейка» — семья Барбоскиных: Мама; друзья семьи Барбоскиных: Тимоха, и сдать результат студии, а последняя обязуется выплатить художнику вознаграждение в соответствии с условиями настоящего договора. Срок создания изображения персонажей до 05.12.2009.

Согласно пункту 3.1 договора N 12/2009 на основании статей 1234 , 1240 , 1285 , 1288 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) и в соответствии с условиями настоящего договора художник в полном объеме передает студии исключительное право на созданных им персонажей.

Копией акта приема-передачи от 30.11.2009 к названному договору подтверждается, что художник выполнил работы в срок и представил созданные персонажи надлежащего качества, а именно: Мама — вымышленный персонаж в образе женщины с непропорционально большой головой с носом собаки и маленьким туловищем, изображенный стоящим в полный рост, одетый в платье, жакет, туфли; Тимоха — вымышленный персонаж с непропорционально большой головой с носом собаки с торчащими ушами и маленьким человекоподобным корпулентным туловищем, изображенный в полный рост, одетый в спортивную толстовку и штаны.

На аналогичных условиях между обществом «Мельница» и художником Смирновой Е.А. 16.11.2009 заключен договор заказа N 13/2009 на создание персонажей семьи Барбоскиных: Малыш, Роза, Лиза, Папа, Дед.

Копией акта приема-передачи от 30.11.2009 к договору заказа от 16.11.2009 N 13/2009 подтверждается, что художник выполнил работы в срок и представил созданные персонажи надлежащего качества, а именно: Малыш — вымышленный персонаж с непропорционально большой головой животного Фенек и маленьким человекоподобным туловищем, изображенный стоящим в полный рост, одетый в свитер, комбинезон, спортивные тапочки; Роза — вымышленный персонаж в образе девочки с непропорционально большой головой с носом собаки, длинными волосами, собранными в два симметричных объемных хвоста и маленьким туловищем, изображенный в полный рост, одетый в свитер, короткую юбку, гольфы, кеды; Лиза — вымышленный персонаж с непропорционально большой головой с носом собаки, короткими волосами, собранными в три объемных хвоста и маленьким человекоподобным туловищем, изображенный в полный рост, одетый в свитер, сарафан, ботиночки; Папа — вымышленный персонаж с непропорционально большой головой собаки с торчащими ушами, в пенсне и маленьким человекоподобным туловищем, изображенный в полный рост, одетый в рубашку, жилетку, брюки, ботинки, держащий в руке папку; Дед — вымышленный персонаж с непропорционально большой головой собаки, в очках и маленьким человекоподобным туловищем, изображенный в полный рост, одетый в костюм и тапочки.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя исковые требования, исходил из обоснованности заявленных требований, доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца.

При принятии обжалуемого решения суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233) , если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом . Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом .

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ аудиовизуальные произведения относятся к объектам авторских прав.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

В силу пункта 7 названной статьи авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным в пункте 3 этой же статьи .

Согласно абзацу 2 пункта 29 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — постановление Пленума N 5/29) под персонажем следует понимать часть произведения, содержащую описание или изображение того или иного действующего лица в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем переработки ( подпункт 9 пункта 2 статьи 1270 Кодекса).

В соответствии со статьей 1295 ГК РФ авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах, установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору, а исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное.

В силу статьи 1288 ГК РФ по договору авторского заказа одна сторона (автор) обязуется по заказу другой стороны (заказчика) создать обусловленное договором произведение науки, литературы или искусства на материальном носителе или в иной форме. Договором авторского заказа может быть предусмотрено отчуждение заказчику исключительного права на произведение.

В случае, когда договор авторского заказа предусматривает отчуждение заказчику исключительного права на произведение, которое должно быть создано автором, к такому договору соответственно применяются правила названного Кодекса о договоре об отчуждении исключительного права, если из существа договора не вытекает иное.

При этом пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пунктом 2 указанной статьи . Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации ( пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Это интересно:  Виды прав на программное обеспечение

Пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ установлено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 N 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований законодательства об авторском праве и смежных правах при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

При этом предпринимателем не представлены доказательства наличия у нее права на использование названных товарных знаков.

На основании статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Факт реализации спорного товара ответчиком также не оспаривается.

В соответствии с пунктом 13 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Обозначение (изображение) является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При визуальном сравнении изображений, нанесенных на товар, приобретенный у ответчика, судом первой инстанции установлено их визуальное сходство: графические изображения идентичны, расположение отдельных частей товарных знаков совпадает. Сходство охраняемых товарных знаков и изображений, нанесенных на спорный товар, позволили суду первой инстанции ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.

Вместе с тем статьей 1301 ГК РФ установлено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом ( статьи 1250 , 1252 и 1253 ), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 этого Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Аналогичное по сути правило закреплено в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43.3 Постановления Пленума N 5/29, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301 , абзацем вторым статьи 1311 , подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума N 5/29 в силу пункта 3 статьи 1250 ГК РФ отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. При этом судам надлежит иметь в виду, что указанное правило подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности.

Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 ГК РФ.

Согласно части 3 названной статьи , если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Таким образом, в сфере предпринимательской деятельности обстоятельством, освобождающим от ответственности, является лишь воздействие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о правомерности использования предпринимателем спорных объектов исключительных прав.

В данном случае с учетом незначительной стоимости товара, нарушения прав истца гражданином, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, характера предпринимательской деятельности ответчика (розничная торговля товарами потребительского спроса), суд первой инстанции пришел к выводу, что взыскание компенсации в заявленном истцом минимальном размере, установленном положениями статей 1301 и 1515 ГК РФ, в достаточной мере отвечает принципам разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения подлежит удовлетворению в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции, изменяя решение суда первой инстанции, не согласился с частью выводов суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу положений частей 1 и 2 статьи 1255 ГК РФ интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами. Автору произведения принадлежит, в том числе, исключительное право на произведение.

В соответствии со статьей 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 настоящего Кодекса, считается его автором, если не доказано иное.

Объектами авторских прав, согласно части 1 статьи 1259 ГК РФ являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, аудиовизуальные произведения.

В соответствии с частью 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

При этом в силу части 7 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи .

Как разъяснено в пункте 29 Постановления Пленума N 5/29 в силу пункта 7 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 этой статьи .

Поскольку согласно части 3 статьи 1259 ГК РФ охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, то под персонажем следует понимать часть произведения, содержащую описание или изображение того или иного действующего лица в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Частями 1 , 2 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи . Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. Использованием произведения считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, а также распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 N 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» следует, что к объектам авторского права могут относиться названия произведений, фразы, словосочетания и иные части произведения, которые могут использоваться самостоятельно, являются творческими и оригинальными.

Как разъяснено в пункте 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, истец, обращающийся за защитой прав на персонаж должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности.

Таким образом, из вышеприведенных положений постановлений высших судебных инстанций следует, что поскольку принадлежность части произведения, названия произведения и персонажа произведения к объектам авторского права обусловлена тем, что они по своему характеру являются самостоятельным результатом творческого труда, повлекшим возможность их использования независимо от самого произведения в целом, в каждом конкретном случае следует устанавливать наличие у таких объектов признаков, позволяющих сделать такой вывод.

Принимая во внимание изложенные правовые позиции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленные обществом договоры заказа от 16.11.2009 N 12/2009 и N 13/2009 не могут быть признаны достаточными доказательствами существования указанных персонажей анимационного сериала, а также наличия у поименованных истцом персонажей анимационного сериала: «Малыш», «Роза», «Лиза», «Папа», «Дед», «Мама», «Тимоха» признаков самостоятельного результата интеллектуальной деятельности, поскольку содержат лишь графические изображения, в то время как персонаж анимационного сериала характеризует совокупность отличительных признаков.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что истцом не доказано, что поименованные персонажи анимационного сериала существуют как самостоятельные результаты интеллектуальной деятельности, авторские права на которые принадлежат обществу.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что методологический подход, которым руководствовался суд апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела, соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19.08.2016 по делу N А14-353/2016.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных названным Кодексом , но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения ( абзац 3 часть 3 статьи 1252 ГК РФ).

Согласно частям 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Вместе с тем из положений части 1 статьи 10 ГК РФ следует, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Между тем компенсация за нарушение исключительных прав как мера гражданско-правовой имущественной ответственности, подчинена общим принципам гражданского права. Восстановительный характер гражданско-правовой ответственности, учет принципов недопустимости злоупотребления правом ( статья 10 ГК РФ), разумности и справедливости ( статья 6 ГК РФ) обуславливают не только право, но и обязанность суда соизмерять соответствие заявленных требований правообладателя исключительных прав характеру и последствиям правонарушения.

Обстоятельства отказа в удовлетворении требований о взыскании 650 рублей убытков предметом апелляционного обжалования не являлись. Каких-либо обоснованных доводов и возражений в данной части апелляционная жалоба на нее не содержали, поэтому выводы суда в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежали переоценке судом апелляционной инстанции.

Это интересно:  Закон об авторском праве кратко

Вместе с тем доводы заявителя кассационной жалобы фактически сводятся к тому, что истец обязан был предоставить доказательства контрафактности товара, поскольку само по себе сходство товара до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими обществу, не может означать, что товар является контрафактным.

Данный довод предпринимателя признается судом кассационной инстанции ошибочным в силу следующего.

Как правомерно отмечено судами, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи .

Из смысла названной нормы права следует, что распоряжаться исключительным правом на товарный знак может только правообладатель.

Между тем, как усматривается из материалов дела, сам факт совершения указанного в основании иска действия (введение в гражданский оборот товара, маркированного товарными знаками истца) подтверждается видеозаписью и товарным чеком от 21.10.2015, который содержит наименование проданного товара, его стоимость, дату продажи, фамилию лица, от имени которого выдан чек, печать предпринимателя.

О фальсификации названных доказательств в установленном законом порядке суду не заявлено.

Указанное позволяет судебной коллегии отклонить как декларативный и ничем не подтвержденный довод ответчика об отсутствии доказательств введения им гражданский оборот спорного товара.

Вместе с тем, исходя из предмета и оснований заявленных требований и в соответствии с разъяснением высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 43.2 Постановления Пленума N 5/29, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Принадлежность истцу исключительных прав, в защиту которых предъявлен настоящий иск, установлена судами и подтверждена документально.

Предпринимателем не учтено, что исходя из смысла статей 1229 , 1484 и 1487 ГК РФ факт незаконного использования ответчиком принадлежащих истцу товарных знаков заключается в его использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность продукции.

Таким образом, предприниматель неправильно распределяет бремя доказывания по настоящему делу, поскольку именно ответчик должен представить доказательства соблюдения исключительных прав правообладателя используемого товарного знака. Применительно к данному случаю — доказательства легального происхождения спорного товара.

Ответчиком такие доказательства не представлялись, а истцом факт дачи согласия на использование своих товарных знаков на спорном товаре отрицался.

Действующее законодательство, а именно пункт 1 статьи 1515 и пункт 4 статьи 1252 ГК РФ, устанавливает наличие двух видов контрафактных материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права правообладателя — признание материального носителя контрафактным осуществляется в судебном порядке, что согласуется с правовой позицией Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 25 Постановления N 5/29.

Таким образом, ответчик неверно толкует положения статей 1229 , 1484 и 1487 ГК РФ и неправомерно полагает о возможности переложить на истца бремя доказывания наличия либо отсутствия у ответчика права на использование указанного товарного знака.

В силу изложенных выводов исковые требования судами удовлетворены правомерно, методологические подходы судов соответствуют правовым позициям, изложенным в пунктах 10 , 32 и 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы представленных в дело доказательств не свидетельствует о наличии судебной ошибки, влекущей за собой необходимость в отмене обжалуемых судебных актов.

Правовых оснований для переоценки выводов судов суд кассационной инстанции не усматривает в силу своих процессуально ограниченных полномочий.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что доводы ответчика, приведенные им в кассационной жалобе, текстуально повторяющей текст апелляционной жалобы, уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции.

Вместе с тем кассационная жалоба не содержит указания на доказательства, которые не были предметом исследования суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции.

В силу изложенного суд кассационной инстанции считает, что судебными инстанциями при рассмотрении спора правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы представленные доказательства в их совокупности, с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, и сделаны правильные выводы, соответствующие фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а иные доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств, в связи с чем судом кассационной инстанции отклоняются как не основанные на материалах дела и нормах закона.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба — без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286 , 287 , 288 , 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Жесткие игрушки

Хороша Маша, но не наша

Особенно отличились в борьбе с нелегальными игрушками правообладатели «Маши и Медведя» — этот мультипликационный сериал оказался для бизнесменов, которые торговали китайской продукцией с изображением героев мультика, страшнее любого триллера. Вот реальная история, которая недавно произошла в Новосибирске.

Выставочный зал рядом со складом, который арендует небольшая фирма. Площади арендованные, у предпринимателя — масса кредитов, игрушечный товар он закупает, естественно, в Китае — как все. И в один прекрасный день в этот выставочный зал приходит «покупатель» (вооруженный, как потом выясняется, скрытой камерой) и приобретает, в общем-то, сущую мелочь — наклейки. Цена этой наклейке — 20 рублей. За сто штук «покупатель» отдает две тысячи. А через какое-то время продавец узнает, что ему предъявлен иск. на три с половиной миллиона рублей.

Это, конечно же, шок и трепет. «Три с половиной миллиона — да мы о таком обороте за год можем только мечтать, — говорит владелец бизнеса Алена Юрина. — За что?!». Оказывается, за те самые наклейки по 20 рублей штука. Тут никакой ошибки. Все по закону. На наклейках китайские производители нарисовали персонажей мультфильма — Машу, Медведя, Панду и еще Зайца. Правообладатель таких наклеек не выпускал, прав на такой товар никому не передавал, а стало быть — его исключительные авторские права нарушены. Теперь перейдем к расчету — это самое интересное.

Арбитражный суд эти требования правообладателя удовлетворил бы — ниже десяти тысяч за случай нарушения опускаться нельзя, закон не позволяет. От банкротства Алену Юрину, которая 18 лет торгует игрушками, спасло мировое соглашение с истцом — на 250 тысяч рублей. Но и эта сумма для малого бизнеса — огромная.

Взялись не по-детски

Случай с Аленой Юриной — далеко не единичный. Только правообладатели «Маши и Медведя» в последнее время заявили тысячи таких исков по всей стране. И, как сказал «РГ» Игорь Гришин, представитель фирмы, которая управляет исключительными правами на персонажей мультсериала, эти беспрецедентные меры оказались весьма эффективными в борьбе за соблюдение авторских прав. Во всяком случае, ближе к Москве, откуда и началась эта «война», подобных исков больше не подается — нелегальный товар исчез с полок магазинов. «Борьба завершена», — резюмирует Игорь Гришин. А вот в Сибири пока есть над чем работать. В Новосибирске таких дел десятки, но здесь и не самая худшая ситуация по сравнению с другими сибирскими регионами. «Вал контрафакта в Барнауле», — говорит Игорь Гришин. По его словам, в Алтайском крае судьи «жалеют» предпринимателей, назначая минимальные компенсации. Потому цель пока не достигнута.

Игорь Гришин подчеркивает — вся эта деятельность ведется исключительно в рамках закона и ради соблюдения интересов правообладателей. Торгующие игрушкой предприниматели согласны с тем, что с контрафактом надо бороться, но тем не менее чувствуют себя обманутыми — закон оказался настолько далек от их деятельности, что они не знают, как его исполнять.

— Я хочу только одного — спокойно заниматься любимым делом, — говорит Алена Юрина. — Мы тоже граждане России, но сегодня закон нас не защищает — на мой взгляд, ситуация не урегулирована, и для нас созданы серьезные препятствия.

Две трети (а то и больше) игрушек, которые продаются в России, сделаны в Китае. Там их закупают тысячи российских предпринимателей, и альтернативы «великому китайскому производителю» нет. Наши бизнесмены заказывают товар на китайских фабриках по образцам, ждут от трех до шести месяцев и получают заказ в России. Вот отработанная годами схема, которую грозит разрушить «фактор правообладателя». Кстати, этот фактор может проявиться и за время ожидания заказа — Алена Юрина покупала партию игрушек, когда права на их товарный знак еще не были зарегистрированы. А когда партия пришла в Россию, оказалось, что у игрушек за это время появился правообладатель. «Теперь я не имею права даже их хранить», — говорит предприниматель.

Первое, что пугает коммерсантов, везущих игрушки из Китая, — это несоразмерные суммы компенсаций, которые взыскивают с них правообладатели. И ведь десять тысяч за одно нарушение — это минимум. А если увеличить эту сумму даже не до максимума, а хотя бы раз в пять (закон это позволяет)? Тогда на рынке игрушек останутся только крупные торговые сети, а все остальные будут вынуждены закрыться. «Взыскание компенсации не должно носить карательный характер и вести к обогащению одной из сторон, — уверена директор юридической компании Светлана Мамыкина. — А мы сейчас именно это и наблюдаем. Суммы заявленных компенсаций значительно превосходят реальные убытки, которые понес правообладатель. Судебная практика пока всецело на стороне правообладателя. В итоге малый бизнес заведомо ставится в невыгодные условия по сравнению с крупными компаниями».

Вторая проблема для малых и средних торговых предприятий — это отсутствие простой и понятной возможности урегулировать отношения с правообладателями. Как утверждает Алена Юрина, свободного доступа к государственной базе правообладателей у предпринимателей нет. Нет официального сайта, где можно было бы легко найти всю необходимую информацию, — для ее поиска нужны невероятные усилия. Например, новосибирский предприниматель Елена Грабилина, у которой в штате больше 50 человек, загрузила этой работой нескольких операторов — они «шерстят» Интернет. Но даже если правообладатель и будет установлен — что делать торговцам дальше? Ответ пока только один — не покупать продукцию, на которую кто-то зарегистрировал права.

Наконец, третье. Коммерсантов шокирует, что правообладатели заявляют огромные иски без предупреждений и предварительных попыток заявить о себе и договориться. Раз — и ты уже должен несколько миллионов рублей. Но надо признать — это особенность гражданско-правовых методов. Предупреждать, прежде чем наложить сравнительно небольшой штраф, может государство, а «обиженный» частник церемониться не будет, это не в его интересах. Особенность ситуации еще и в том, что теперь предприниматели вынуждены кормить не только правообладателя, но и армию юристов, которой он доверил управлять своими исключительными правами. Торговцы игрушками говорят — есть случаи, когда юристам достается 100 процентов взысканных компенсаций, таковы условия их договора с правообладателями. «В 90-х нашей головной болью были бандиты, в нулевых — налоговая полиция, сейчас — юристы», — резюмирует Елена Грабилина. Она, как и ее коллеги, надеется, что государство все же усовершенствует закон и разработает простые и логичные правила игры на «игрушечном» рынке.

С начала 2014 года на Новосибирской таможне задержаны 43 тысячи единиц контрафактной продукции. Большая часть этих товаров — детские игрушки. Так, 20 мая сотрудники Новосибирской таможни изъяли более пяти тысяч пластмассовых котят и планшетов. Партия контрафактных игрушек прибыла в Новосибирск из Китая. Как рассказали в ведомстве, котята и планшеты с надписью на экране «Погладить мои лапки стоит денег» были снабжены товарным знаком Talking Tom, который не прошел проверки на подлинность. В отношении владельца партии игрушек возбуждено административное дело по статье «Незаконное использование товарного знака». Наказание по этой статье предполагает штраф и конфискацию товара. Однако даже если владелец партии будет наказан административно, это не означает, что ему не будет предъявлен гражданский иск от правообладателя. По словам юриста Светланы Мамыкиной, в Арбитражном суде Новосибирской области в данный момент как раз рассматривается аналогичное дело. Партию игрушек у предпринимателя так же изъяли на таможне, а впоследствии он стал ответчиком по многомиллионному иску. За всю партию, которая даже не была продана, правообладатель требует с коммерсанта максимум, предусмотренный законом, — пять миллионов рублей.

Статья написана по материалам сайтов: pravorub.ru, advokat-malov.ru, rg.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector