Запрет на уступку права требования в договоре

Пищевая промышленность: бухгалтерский учет и налогообложение», 2012, N 12

С 1 августа 2010 г. все договоры поставки должны были быть приведены в полное соответствие с требованиями Закона о торговле . С этой целью компании откорректировали и перезаключили договоры поставки, сохранив неизменными те условия договоров, которые считают не противоречащими Закону о торговле.

Федеральный закон от 28.12.2009 N 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации».

Одно из типичных условий договоров поставки может звучать приблизительно следующим образом (с вариациями):

  • «права и обязанности по настоящему договору не могут быть полностью или частично переуступлены покупателем третьим лицам иначе, чем по предварительному письменному согласованию с поставщиком»;
  • «права и обязанности, возникающие у сторон из настоящего договора, не могут быть переданы третьим лицам без предварительного письменного согласия другой стороны»;
  • «права требования по настоящему договору могут быть переданы стороной договора третьим лицам только с письменного согласия другой стороны»;
  • «уступка поставщиком своих прав требования третьему лицу допускается только с письменного согласия покупателя. При этом в случае уступки прав требования без получения предварительного письменного согласия покупателя поставщик обязуется уплатить покупателю, требование к которому уступлено, неустойку в размере 50% размера денежного требования, которое уступлено третьему лицу».

Однако проверки ФАС показали, что подобные условия договоров поставки антимонопольная служба рассматривает как нарушение запрета п. 10 ст. 9 Закона о торговле. В чем суть указанного запрета и каковы последствия его нарушения?

Запрет на уступку требования

Обратимся к § 1 гл. 24 «Перемена лиц в обязательстве» ГК РФ. В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Согласно п. 2 ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. В силу п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Таким образом, если в договор поставки включено условие о том, что права требования, вытекающие из этого договора, могут быть переданы поставщиком третьим лицам только с письменного согласия покупателя, но при этом право требования уступлено поставщиком без получения такого согласия, сделка по уступке будет недействительной.

Сказанное справедливо в отношении договоров поставки непродовольственных товаров. Поставка продовольственных товаров дополнительно регламентируется Законом о торговле. Согласно п. 10 его ст. 9 в договоре поставки продовольственных товаров не допускается установление запрета на перемену лиц в обязательстве по такому договору путем уступки требования, а также ответственности за несоблюдение указанного запрета сторонами договора. В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 22 Закона о торговле данный Закон вступил в силу с 1 февраля 2010 г. Условия договоров поставки продовольственных товаров, заключенных до дня вступления в силу Закона, должны быть приведены в соответствие с его требованиями в течение 180 дней со дня вступления в силу, то есть до 31.07.2010.

Согласно ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Обратите внимание! Предусмотренная договором поставки продовольственных товаров необходимость получения согласия должника на уступку иным лицам права требования к нему квалифицируется как запрет на перемену лиц в обязательстве путем уступки требования.

Ответственность за установление запрета на уступку требования

В силу ч. 4 ст. 14.42 КоАП РФ установление хозяйствующим субъектом, осуществляющим торговую деятельность, и (или) хозяйствующим субъектом, осуществляющим поставки продовольственных товаров, в договоре поставки таких товаров запрета на перемену лиц в обязательстве по такому договору путем уступки требования либо установление гражданско-правовой ответственности за несоблюдение указанного запрета сторонами договора влечет наложение административного штрафа: на должностных лиц — в размере от 20 тыс. до 40 тыс. руб.; на юридических лиц — от 1 млн до 5 млн руб.

Вместе с тем ст. 54 Конституции РФ предусмотрено, что закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Никто не может нести ответственности за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. В силу ч. 1, 2 ст. 1.7 КоАП РФ лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения правонарушения. Закон, устанавливающий или отягчающий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Изменения в КоАП РФ (ст. 14.42) об установлении административной ответственности за нарушение требований, предусмотренных п. 10 ст. 9 Закона о торговле, внесенные Законом N 411-ФЗ, вступили в действие с 30.12.2010. Договоры, заключенные до указанной даты и содержащие запрет на перемену лиц в обязательстве путем уступки требования и (или) ответственность за его несоблюдение, не могут быть правовым основанием для привлечения к ответственности по ст. 14.42 КоАП РФ.

Необходимо также отметить, что правонарушение по данной норме окончено в момент заключения (подписания) договора поставки, содержащего запрет на перемену лиц в обязательстве путем уступки требования и (или) ответственность за его несоблюдение. Согласно ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев со дня совершения этого правонарушения, а за нарушение антимонопольного законодательства РФ — по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения. Статьей 14.42 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение требований к условиям заключения договора при осуществлении торговой деятельности, которые регламентированы гл. 2 «Требования к организации и осуществлению торговой деятельности» Закона о торговле, в связи с этим срок давности привлечения к ответственности по ч. 4 ст. 14.42 КоАП РФ — два месяца (Постановления ФАС УО от 13.02.2012 N Ф09-208/12 , от 13.02.2012 N Ф09-213/12 , от 28.02.2012 N Ф09-167/12 , от 07.02.2012 N Ф09-153/12 , от 01.03.2012 N Ф09-171/12 ).

Определением ВАС РФ от 28.04.2012 N ВАС-5247/12 отказано в передаче дела в Президиум ВАС для пересмотра в порядке надзора.
Определением ВАС РФ от 28.04.2012 N ВАС-5191/2012 отказано в передаче дела в Президиум ВАС.
Определением ВАС РФ от 28.04.2012 N ВАС-5221/12 отказано в передаче дела в Президиум ВАС.
Определением ВАС РФ от 28.04.2012 N ВАС-5252/2012 отказано в передаче дела в Президиум ВАС.
Определением ВАС РФ от 28.04.2012 N ВАС-5200/12 отказано в передаче дела в Президиум ВАС.

В договоры поставки продовольственных товаров запрещено включать условия о получении поставщиком обязательного согласия покупателя на уступку требования к нему. Административная ответственность за данное правонарушение введена ч. 4 ст. 14.42 КоАП РФ с 30.12.2010. Предприятия не могут быть оштрафованы по этой норме, если договоры поставки, содержащие запрет на уступку требования и (или) ответственность за его несоблюдение, были заключены до 30.12.2010, а также в том случае, если постановление об административном правонарушении вынесено по прошествии двух месяцев с момента заключения (подписания) договора поставки.

Запрет уступки прав и обязанностей по договору

(Буркова А.) («Юридический мир», 2006, N 12)

ЗАПРЕТ УСТУПКИ ПРАВ И ОБЯЗАННОСТЕЙ ПО ДОГОВОРУ

Буркова А., кандидат юридических наук.

Хотя, подписывая любой договор, сторона заключает его с определенным контрагентом, стоит помнить, что права и (или) обязанности по договору иногда могут передаваться другим лицам. Для того чтобы ограничить замену стороны в договоре и сделать такую замену подконтрольной второй стороне, в некоторых договорах стороны прямо устанавливают, что ни одна из сторон не имеет права передавать свои права и обязательства, вытекающие из договора, третьим лицам без письменного согласия на то другой стороны договора. Такой запрет уступки прав разрешается делать в силу ст. 382 и 388 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно этим статьям уступка требования кредитором другому лицу допускается, если иное не предусмотрено договором между сторонами. Запрет уступки обязанностей по договору прямо предусмотрен в ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации и разрешается только с письменного согласия кредитора. В настоящей статье мы хотели бы остановиться на возможной форме согласия контрагента на уступку прав и (или) обязанностей по договору, если в договоре существует прямой запрет такой уступки без согласия второй стороны, а также очертить те случаи, когда уступка невозможна даже при согласии второй стороны, и те случаи, когда уступку невозможно запретить положениями договора.

Это интересно:  Переуступка прав по договору кредита

Невозможность запретить уступку

Итак, в соответствии с российским законодательством по общему правилу стороны могут ограничить уступку прав и (или) обязанностей по договору. Однако из этого правила есть исключения. Одним из случаев, когда это правило не действует, является финансирование под уступку денежного требования, или, как оно также часто называется в России, факторинг. В соответствии со ст. 828 Гражданского кодекса Российской Федерации: «Уступка финансовому агенту денежного требования является действительной, даже если между клиентом и его должником существует соглашение о ее запрете или ограничении». С одной стороны, это положение противоречит ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации о свободе договора, а также способствует тому, чтобы клиент, имеющий с финансовым агентом соглашение об уступке, вел себя недобросовестно по отношению к должнику, с которым тот же клиент имеет договор, запрещающий уступку. С другой стороны, использование этого подхода способствует сделкам по финансированию дебиторской задолженности, поскольку он освобождает цедента (т. е. обеспеченного кредитора) от бремени изучения договора, из которого вытекает уступленное требование, с тем чтобы убедиться в том, была ли запрещена или обусловлена передача этого требования. В противном случае заимодатели должны будут изучать, вероятно, огромное число договоров, что может быть дорогостоящим (особенно с учетом стоимости внешних юристов и иных консультантов) или даже невозможным (например, в случае будущей дебиторской задолженности). Кроме того, такая оговорка обеспечивает доступ малого и среднего бизнеса к финансированию, вопреки их договоренностям с крупными компаниями о невозможности таких уступок, чем часто злоупотребляют крупные компании. Другой случай, когда уступка допускается вне зависимости от ее запрета в договоре, — это уступка прав комитенту по сделке в случае неисполнения третьим лицом сделки, заключенной с ним комиссионером. В соответствии со ст. 993 Гражданского кодекса Российской Федерации в этом случае уступка прав комитенту по сделке допускается независимо от соглашения комиссионера с третьим лицом, запрещающего или ограничивающего такую уступку. Хотя в обоих вышеуказанных случаях при договоре финансирования под уступку денежного требования и договоре комиссии/агентском договоре уступка прав и обязанностей по сделке будет действительной, несмотря на ее запрет, законодательство установило определенную ответственность контрагента, уступающего права и (или) обязанности по сделке, за такую несанкционированную уступку. Так, в соответствии со ст. 828 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка финансовому агенту денежного требования: «…не освобождает клиента от обязательств или ответственности перед должником в связи с уступкой требования в нарушение существующего между ними соглашения о ее запрете или ограничении». Аналогично положениям законодательства о факторинге такая уступка в отношениях комиссии/агента: «…не освобождает комиссионера от ответственности перед третьим лицом в связи с уступкой права в нарушение соглашения о ее запрете или об ограничении». Такая ответственность может как предусматриваться непосредственно договором, права и (или) обязанности из которого были уступлены, так и возникать на основании закона, если, например, в результате такой уступки у второй стороны возникли убытки. Уступка осуществляется вне зависимости от ее запрета также в результате реализации мер обеспечения, например залога или поручительства. Так, в соответствии со ст. 365 Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве: «К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора». Известны дела, когда лица специально создавали отношения поручительства, в которых, как известно, должник не участвует и его согласия не требуется, чтобы перевести на себя права и обязанности из договоров. Еще одним примером, когда уступка будет возможна даже при ее запрете, являются положения Гражданского кодекса Российской Федерации о суброгации при страховании. В соответствии со ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации: «…условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно». Таким образом, в российском законодательстве существуют определенные положения, которые в некоторых случаях разрешают осуществлять уступку прав и (или) обязанностей по договору даже при прямом запрете такой уступки в договоре. В связи с этим стороны должны осторожно подходить к условиям договора и по возможности предусматривать в самом договоре ответственность за несанкционированную уступку.

Процедура получения согласия на уступку

Таким образом, российская практика предлагает достаточно широкий круг инструментов, посредством которых стороны могут выразить свое согласие на уступку по договору. В отсутствие такого согласия уступка прав и (или) обязанностей по договору может быть признана недействительной.

Невозможность получения согласия на уступку

Необходимо отметить, что, несмотря на существование случаев, когда уступка по договору возможна, даже если прямой запрет этого закреплен в договоре, существуют случаи, когда уступка невозможна даже при получении согласия второй стороны. В соответствии со ст. 589 Гражданского кодекса Российской Федерации права получателя ренты по договору постоянной ренты не могут ни при каких обстоятельствах передаваться коммерческим организациям: «Получателями постоянной ренты могут быть только граждане, а также некоммерческие организации, если это не противоречит закону и соответствует целям их деятельности». По ст. 631 Гражданского кодекса Российской Федерации запрещается передача своих прав другому лицу арендатором имущества по договору проката: «Сдача в субаренду имущества, предоставленного арендатору по договору проката, передача им своих прав и обязанностей по договору проката другому лицу, предоставление этого имущества в безвозмездное пользование, залог арендных прав и внесение их в качестве имущественного вклада в хозяйственные товарищества и общества или паевого взноса в производственные кооперативы не допускаются». Уступка в нарушение этих запретов будет считаться недействительной на основании ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Итак, в случае наличия в договоре запрета об уступке прав и (или) обязанностей по договору уступка обычно возможна при условии получения согласия второй стороны на такую уступку. При этом необходимо помнить, что существуют случаи, когда уступка невозможна даже при согласии второй стороны (прокат, постоянная рента). Вместе с тем существуют случаи, когда уступку невозможно запретить положениями договора (факторинг, комиссия и т. д.). В этом случае одним из действенных рычагов, препятствующих несанкционированной уступке, могут быть положения договора об ответственности за несанкционированную уступку.

Вопрос: … Предприятие реализует свою продукцию сетевым торговцам по договору купли-продажи. Торговец в рамках этого договора возвращает ее. Производитель приходует у себя этот товар, уценивает его (истечение срока годности), и реализует по цене уценки. Как поступить производителю, чтобы учесть в налоговом учете разницу между ценой возврата от торговца и ценой продажи животноводческому комплексу, не меняя отношений с торговцем (т. е. сумму уценки). («Налоги» (газета), 2006, N 44)

Вопрос: Производственное предприятие отгружает (продает) свою продукцию крупным сетевым торговцам по договору купли-продажи. Через некоторое время торговец в рамках этого договора купли-продажи осуществляет возврат продукции производителю (без составления акта, имеется только накладная). Производитель приходует у себя этот товар. Уценивает его, так как срок годности для реализации истек, и реализует его по цене уценки для животноводческого комплекса. Каким образом надо поступить производителю, чтобы учесть в налоговом учете разницу между ценой возврата от торговца и ценой продажи животноводческому комплексу, не меняя отношений с торговцем (т. е. сумму уценки).

Это интересно:  Включение в договор условий ущемляющих права потребителей

Договорный запрет на уступку требований работать не будет: ВС РФ разъяснил положения ГК РФ о цессии

В конце 2017 г. Верховный суд РФ представил целый ряд документов и разъяснений, которыми предстоит руководствоваться судам и участникам оборота при разрешении различных правовых вопросов. Один из таких значимых документов — постановление № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее — постановление № 54) — Пленум Верховного суда РФ принял 21 декабря.

В июле 2014 г. глава 24 ГК РФ, регулирующая вопросы перемены лиц в обязательстве претерпела довольно существенные изменения (внесены Федеральным законом от 21.12.2013 № 367-ФЗ). Выждав, пока судебная практика сформирует подходы к применению обновленных норм, Верховный суд РФ приступил к обобщению ключевых выводов и работе над ошибками.

Первое рассмотрение проекта постановления № 54 состоялось 5 декабря 2017 г. Затем текст отправили на доработку. Участники Пленума посчитали, что необходимо убрать некоторые взаимосвязанные пункты, касающиеся регулирования залоговых отношений, как выбивающиеся из тематики постановления, посвященного уступке требований. В итоге обновленную версию постановления Пленум ВС РФ принял 21 декабря.

Первый раздел постановления № 54 разъясняет общие положения о переходе требований на основании договора. Пленум ВС РФ обращает внимание судов на то, что уступка требования может происходить как на основании договора, предусмотренного законом, так и на основании соглашения, законом не предусмотренного.

В качестве примера уступки требования на основании предусмотренного ГК РФ договора в постановлении № 54 приводится наиболее распространенный на практике случай — уступка из договора купли-продажи. К договорам о такой уступке применяются правила ГК РФ о договорах купли-продажи, в частности п. 1 ст. 460 ГК РФ, по смыслу которого при неисполнении цедентом обязанности передать требование свободным от прав третьих лиц цессионарий вправе требовать уменьшения цены либо расторжения договора, если не будет доказано, что он знал или должен был знать о правах третьих лиц.

В качестве примера соглашения об уступке, не предусмотренного законом, в постановлении № 54 приводится договор между цедентом и цессионарием, по которому цессионарий принимает на себя обязанность передать цеденту часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию. Подобные соглашения, разъясняет Пленум ВС РФ, закону не противоречат.

Важные разъяснения касаются государственной регистрации договора уступки требования, вытекающего из сделки, требующей госрегистрации: соответствующий договор уступки считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации (п. 2). Вместе с тем отсутствие регистрации не может повлечь негативные последствия для должника, если он предоставил исполнение на основании полученного от цедента надлежащего письменного уведомления. В этом случае применяются положения ст. 312 ГК РФ об исполнении обязательства лицу, управомоченному кредитором.

По вопросу возмездности уступки требования в постановлении № 54 разъяснено, что отсутствие в соглашении об уступке условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным, незаключенным или квалификации соответствующих отношений в качестве дарения. В таком случае цена должна определяться по правилам п. 3 ст. 424 ГК РФ.

Договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование) (п. 6). В ходе работы над проектом в этот пункт были внесены уточнения, более ясно раскрывающие особенности перехода прав на будущие требования: требование сначала возникает у цедента, а затем переходит к цессионарию. Это означает, что при открытии в отношении цедента дела о банкротстве переход требований к цессионарию может и не произойти, а само требование может попасть в конкурсную массу цедента.

В пункте 7 постановления № 54 разъясняются вопросы уступки цедентом одного и того же требования по нескольким параллельным сделкам разным лицам — так называемая двойная уступка. В этом случае надлежащим кредитором является то лицо, для которого момент перехода требования наступил ранее. Другие же цессионарии вправе потребовать от цедента возмещения убытков. Но если должник уже исполнил обязательство перед цессионарием, не являющимся первым в иерархии, риск последствий такого исполнения несет тот цедент или цессионарий, которые знали или должны были знать об уступке требования, состоявшейся ранее.

Невозможность перехода требования, например, про причине его принадлежности иному лицу или его прекращения, сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка (п. 8). Цедент в этом случае отвечает перед цессионарием за неисполнение договорного обязательства. Такой же подход применим и к соглашению об уступке будущего требования — когда уступка не состоялась по причине того, что уступаемое требование не возникло или не было приобретено у третьего лица.

Допустимость уступки требований

В постановлении № 54 даны разъяснения о том, что спорность уступаемого требования не свидетельствует о недействительности или незаключеннности сделки (п. 11 и 12). Допустимой является и уступка денежного требования, вытекающего из кредитных и страховых отношений, если иное не установлено законом. Пленум ВС РФ обращает внимание судов на то, что действующее законодательство допускает уступку требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, о возврате полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, а уступка требования об уплате сумм неустойки допускается как одновременно с уступкой основного требования, так и отдельно от него (п. 13 и 14).

Важные разъяснения даны по вопросам уступки неденежных требований без согласия должника: если такая уступка делает исполнение обязательства значительно более обременительным, должник вправе исполнить обязательство цеденту. При возникновении не слишком существенных дополнительных затрат цедент и цессионарий обязаны возместить должнику его расходы. До исполнения ими обязанности по возмещению расходов должник не считается просрочившим (п. 15).

Отдельный блок разъяснений посвящен вопросам недействительности уступки требований, совершенной вопреки условиям договора о необходимости получения согласия на уступку либо вовсе запрету на уступку. По сути, постановление № 54 обессиливает договорный запрет уступки. Так, уступка неденежных требований может быть признана недействительной по иску должника, только если цессионарий знал или должен был знать об указанных ограничениях. В отношении договорного запрета уступки денежного требования подход Пленума ВС РФ еще более ограничительный: уступка по такому требованию, совершенная в нарушение договорного запрета, действительна по общему правилу даже в случае осведомленности цессионария об этом запрете. При этом, правда, у должника сохраняется возможность потребовать возмещения расходов, вызванных переходом требования и являющихся необходимыми, солидарно с цедента и цессионария (п. 18).

Уведомление должника об уступке требования

К уведомлению должника об уступке применяются общие правила ст. 165.1 ГК РФ. В отсутствие уведомления или обстоятельств, которые позволяют считать уведомление доставленным, цедент не вправе отказаться от принятия исполнения (п. 19).

В постановлении № 54 предлагается различать ситуации, когда уведомление направляет первоначальный кредитор и когда новый. При получении уведомления от прежнего кредитора должник обязан передать исполнение лицу, указанному в уведомлении. Такое исполнение является надлежащим и при недействительности договора, на основании которого производилась уступка. Если же уведомление об уступке направлено новым кредитором, стандарт поведения у должника будет иной: он вправе не исполнять обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора, а при непредставлении подтверждения в разумный срок должен исполнить обязательство первоначальному кредитору.

В пункте 21 даны разъяснения о содержании уведомления. В нем должны быть сведения, позволяющие достоверно идентифицировать нового кредитора и определить объем перешедших к нему прав. Существенные пороки уведомления позволяют должнику по своему выбору либо исполнить обязательство первоначальному кредитору, либо приостановить исполнение и потребовать предоставления необходимой информации от первоначального кредитора.

Это интересно:  Договор оптовой купли продажи коммерческое право

Возражения должника, перевод долга и иные вопросы

Постановление № 54 разъясняет положения ст. 386 ГК РФ о возражениях, которые должник вправе выдвигать против требований нового кредитора. Так, должник вправе выдвигать против требования нового кредитора не только возражения, которые он уже имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору, но и возражения, основания для которых возникли к этому моменту. Например, допустимо возражение заказчика против требования о платеже, вытекающее из договора подряда, если обязательство по выполнению работ возникло до получения уведомления об уступке. При этом право на заявление соответствующих возражений не зависит от момента выявления недостатков работ.

Пункт 24 постановления № 54 посвящен особенностям проведения зачета в ситуации уступки требования. Как пояснил докладчик — судья ВС РФ Иван Разумов, при подготовке этого пункта рабочая группа исходила прежде всего из того, что перемена кредитора в обязательстве на основании сделки, в которой должник не участвует, не может ухудшать положение должника. Соответственно, должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если основание его требований возникло к этому моменту и срок исполнения обязательства наступил до получения уведомления. Если же требование должника к первоначальному кредитору возникло к моменту получения уведомления об уступке, однако срок его исполнения еще не наступил, оно может быть предъявлено должником к зачету против требования нового кредитора лишь после наступления срока исполнения.

Пленум ВС РФ также обращает внимание судов на две разновидности перевода долга по обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности:

привативный перевод долга, когда первоначальный должник выбывает из обязательства;

кумулятивный перевод долга, когда первоначальный и новый должники отвечают перед кредитором солидарно.

В пункте 27 постановления № 54 изложены презумпции, которыми следует руководствоваться при неясности соответствующего соглашения:

если неясно, кумулятивный или привативный перевод долга согласован сторонами, надо исходить из того, что первоначальный должник выбывает из обязательства;

если неясно, кумулятивный перевод долга или поручительство согласованы сторонами, следует исходить из того, что соглашение является договором поручительства.

Кроме того, в постановлении № 54 разъясняются вопросы передачи договора, а также процессуальные вопросы.

5.4. Договорные запреты и ограничения уступки требования

На основании п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу не допускается, если такая уступка противоречит договору. В данном случае речь идет о договоре между кредитором и должником.

Условия, запрещающие уступку либо ограничивающие ее, чаще всего включаются в договоры для того, чтобы исключить свободный оборот этих прав требования и устранить риски, связанные с их переходом лицу, не являющемуся стороной по первоначальному договору.

Отрицательные последствия изменений (в том числе и неоднократных) обязательства на стороне кредитора могут быть связаны с необходимостью для должника контролировать осуществляемые уступки, так как при упущении должником факта получения уведомления он может быть вынужден в некоторых случаях платить дважды. При перемене кредитора для должника в некоторых случаях затруднительно использовать против нового кредитора все средства правовой защиты, которые он имел в отношении первоначального кредитора.

Юридические последствия таких оговорок различно оцениваются в разных правовых системах. В одних правовых системах уступки, совершенные в нарушение таких оговорок, в целом действительны, в других они действительны лишь в отношениях между первоначальным кредитором-цедентом и цессионарием, а в некоторых правовых системах они, как правило, недействительны .

Российское гражданское право, следуя за немецким , последствием обхода договорного запрета считает недействительность общегражданской уступки — право в результате такой сделки к новому кредитору не переходит. Иные последствия наступают при обходе договорного запрета при уступке права финансовому агенту.

«В тех случаях, в которых необходимо согласие должника на уступку права по обязательству, без этого согласия право для цессионария не приобретается; но тогда оно не прекращается для цедента. Так что если должник устранит требование цессионария, ссылаясь на отсутствие своего согласия и признавая поэтому уступку недействительной, то все-таки он не может устранить требование самого цедента» .

Мейер Д.И. Русское гражданское право. Т. 1. С. 118.

Приводит ли к недействительности уступки передача права правообладателем, получившим право требования в результате сделки уступки, если в соглашении об уступке между цедентом и цессионарием содержался запрет либо ограничение на дальнейшую передачу права? Нередко на практике заключение сделок цессионарием о дальнейших уступках в обход такого договорного ограничения рассматривается как нарушение требований п. 1 ст. 388 ГК РФ, приводящее к недействительности уступки (т.е. право к новому кредитору не переходит). Такой вывод является спорным. Представляется, что такое нарушение по общему правилу следует рассматривать как нарушение договора между первоначальным и новым кредиторами, влекущее ответственность стороны, нарушившей договор, перед своим контрагентом.

Необоснованным представляется и применение норм ст. 174 ГК РФ при оспаривании совершенных новым кредитором сделок дальнейших уступок в обход ограничений, содержащихся в договоре с первоначальным кредитором, на основании которого было приобретено право требования. Данный договор не является договором, определяющим объем полномочий нового кредитора, в силу чего приведенные выше нормы не дают оснований для удовлетворения иска первоначального кредитора о признании второго соглашения о цессии, совершенного его правопреемником, недействительным. Должник, не являясь стороной в сделке между первоначальным и новым кредиторами, в принципе лишен возможности требовать признания ее недействительной по указанным выше основаниям, так как он не является лицом, в интересах которого ограничения установлены.

На практике нередко договоры включают условия, нарушение которых может привести к ограничению уступки, к примеру, о конфиденциальности соглашения, т.е. о неразглашении данных об известных сторонам договора обстоятельствах третьим лицам. Оценка такого рода условий с точки зрения допустимости уступки должна производиться с учетом действительной воли сторон. Существенное значение имеет и характер договорных отношений между сторонами. Тем не менее, учитывая общий принцип допустимости уступки, при отсутствии четко выраженного намерения сторон исключить возможность уступки, нет оснований рассматривать условие о конфиденциальности в качестве запрета уступки права, нарушение которого влечет недействительность сделки цессии.

Поскольку условие о запрете или ограничении уступки включается в договор чаще всего должником для обеспечения своих интересов, должник может и устранить такое препятствие, согласившись на уступку права. Если такое согласие дается предварительно, это обстоятельство свидетельствует об изменении ранее существовавшего договора в части, запрещающей уступку, и соответственно уступка должна признаваться действительной. Более сложной является ситуация, когда должник соглашается с уступкой после ее совершения в обход договорного условия. Такая уступка, по нашему мнению, должна признаваться действительной (т.е. порождающей правовые последствия в виде перехода права) только с момента получения согласия должника. Требование совершения новой сделки цессии после устранения договорного препятствия представляется излишне формальным и практически бессмысленным.

Если должник дает свое согласие на уступку права другому лицу, это не означает, что новый кредитор вправе в дальнейшем уступать права без согласия должника. Учитывая назначение рассматриваемого института, согласие должника требуется и на все последующие уступки.

В тех случаях, когда должник не давал согласия на уступку, но лицо, определенное в качестве цессионария, совершает действия по дальнейшей передаче права, получая при этом согласие должника, более правильным представляется считать, что, одобряя последующую уступку, должник одновременно одобряет и ранее совершенные сделки по передаче права требования.

Статья написана по материалам сайтов: center-bereg.ru, www.eg-online.ru, lib.sale.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock
detector