+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Правовая природа договора дарения

814 Терзикян Договор дарения.doc

Объектами сделок дарения могут выступать вещи, не изъятые из оборота (ст. 129 ГК), а также имущественные права (вещные, обязательственные, корпоративные и исключительные), не носящие строго личного характера (ст. 383 и п. 2 ст. 388 ГК), либо освобождение от аналогичных имущественных обязанностей. В ряде случаев закон ограничивает цену подарка пятикратным минимальным размером оплаты труда («обычный подарок»).

В зависимости от характера даримого имущества и от юридической природы самого дарения устанавливаются требования к форме этого договора. Реальный договор дарения может быть совершен устно, если только его предметом не являются недвижимость либо движимая вещь стоимостью свыше пяти минимальных размеров оплаты труда, отчуждаемая юридическим лицом. Договор дарения недвижимости во всяком случае подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 ГК), а дарение движимого имущества указанной стоимости, совершаемое юридическим лицом, требует простой письменной формы (под страхом признания сделки ничтожной). В письменной форме должен быть совершен и консенсуальный договор дарения (содержащий обещание дарения в будущем) независимо от предмета и субъектного состава (п. 2 ст. 574 ГК).

Консенсуальный договор дарения (обещание дарения) требует не только обязательной письменной формы, но и сформулированного в нем ясно выраженного намерения совершить дарение в будущем. В таком договоре требуется также указание конкретного одаряемого лица и точного предмета дарения — в виде вещи, права или освобождения от обязанности. Перечисленные положения составляют существенные условия рассматриваемого договора. Несоблюдение любого из этих требований влечет ничтожность договора дарения (п. 2 ст. 572 ГК).

Консенсуальный договор дарения, будучи односторонним договором, порождает для одаряемого право требовать его исполнения дарителем, а для дарителя — обязанность его исполнения в соответствующий срок (ст. 314 ГК) и не влечет каких-либо обязанностей для одаряемого. Исключение составляют две ситуации 4 :

— во-первых, обязанность одаряемого бережно относиться к подаренной вещи, представляющей большую неимущественную ценность для дарителя (например, к письмам, дневникам, рукописям) (п. 2 ст. 578 ГК);

— во-вторых, обязанность принимающего пожертвование лица обеспечить использование пожертвованного имущества по определенному жертвователем назначению (п. 3 и 5 ст. 582 ГК). Как и большинство других сделок, договор дарения может быть заключен под отлагательным условием, например под условием достижения одаряемым определенного общественно полезного результата (окончание учебного заведения, вступление в брак и т.п.). Возможные отменительные условия дарения прямо определены законом (п. 2 ст. 577, ст. 578 ГК). В консенсуальном договоре дарения одаряемый вправе отказаться от принятия дара в любой момент до его передачи дарителем (п. 1 ст. 573 ГК), поскольку он не обязан принимать дар. Отказ от дара требуется совершить в письменной форме, если в такой же форме заключен сам договор дарения (а в случае государственной регистрации последнего отказ от дара тоже подлежит регистрации). Тем самым допускается одностороннее расторжение данного договора. Поэтому дарителю в таком случае предоставляется право на возмещение реального ущерба (части понесенных им убытков), если договор дарения был заключен в письменной форме (п. 3 ст. 573 ГК).

Даритель в консенсуальном договоре дарения также вправе отказаться от исполнения этого договора, поскольку оно влечет безвозмездное уменьшение его имущества, но лишь в двух случаях. Во-первых, речь идет о возможности наступления после заключения договора такого ухудшения его имущественного или семейного положения либо состояния здоровья, при котором передача дара приведет к существенному снижению уровня жизни дарителя (п. 1 ст. 577 ГК) в связи со значительным уменьшением состава его имущества. Поэтому данное правило не применяется к «обычным подаркам» небольшой стоимости (ст. 579 ГК). Во-вторых, отказ от передачи дара допускается по основаниям, дающим дарителю право отменить дарение (п. 1, 2 и 4 ст. 578 ГК). В обоих ситуациях одаряемый лишен возможности требовать возмещения убытков, причиненных ему отказом дарителя от исполнения договора (п. 3 ст. 577 ГК).

Все это свидетельствует о весьма осторожном подходе современного отечественного законодателя к приданию обязательной (юридической) силы обещанию дарения, т.е. к признанию возможности заключения консенсуального договора дарения.

Отмена дарения дарителем (а иногда и иными лицами) возможна как в консенсуальном, так и в реальном договоре дарения в случаях обнаружившегося противоречия между мотивами и результатами дарения или недостижения целей дарения (ст. 578 ГК):

— при злостной неблагодарности одаряемого, выразившейся в умышленном преступлении против жизни или здоровья дарителя, членов его семьи или близких родственников (поскольку мотив дарения предполагает благодарность или хотя бы лояльность одаряемого);

— при возникновении угрозы гибели подаренной вещи, представляющей большую неимущественную ценность для дарителя, вследствие недолжного обращения с ней одаряемого (поскольку даритель предполагал сохранность данной вещи одаряемым);

— при совершении дарения индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в нарушение положений законодательства о банкротстве (в течение шести месяцев, предшествовавших объявлению дарителя несостоятельным и за счет средств, подлежащих включению в конкурсную массу), поскольку дарение при этом, по сути, осуществляется за счет кредиторов дарителя и нередко преследует цели уменьшения обеспечения их требований. Очевидно, что в этом случае отмена дарения происходит по требованию заинтересованных лиц (кредиторов), а не самого дарителя;

— наличие в консенсуальном договоре дарения условия о праве дарителя отменить дарение в случае смерти одаряемого (ибо именно его хотел облагодетельствовать даритель).

Отмена дарения влечет для одаряемого обязанность вернуть сохранившуюся вещь дарителю (реституция дара), а при злостной неблагодарности одаряемого — также и обязанность компенсировать дарителю убытки (если дар утрачен либо не носил овеществленного характера). Она может состоять и в реституции подаренного права или освобождения от обязанности (в случаях признания дарителя банкротом, а в консенсуальном договоре — в случае смерти одаряемого). Правила об отмене дарения не распространяются на случаи дарения «обычных подарков» (ст. 579 ГК).

В консенсуальном договоре дарения смерть гражданина либо реорганизация юридического лица, являвшихся одаряемыми, прекращает их право на получение дара, тогда как смерть гражданина либо реорганизация юридического лица, являвшихся дарителями, влечет переход их обязанности передать дар к наследникам (правопреемникам). Однако эти правила ст. 581 ГК диспозитивны и могут быть изменены в самом консенсуальном договоре дарения 5 .

Безвозмездность дарения по общему правилу исключает ответственность дарителя за ненадлежащее исполнение договора. Однако даритель отвечает за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу одаряемого недостатками подаренной вещи. Условием такой ответственности согласно ст. 580 ГК является наличие в подаренной вещи известных дарителю скрытых недостатков (возникших, следовательно, до передачи вещи), о которых он не предупредил одаряемого, т.е. причинение последнему имущественного вреда умышленными или грубо неосторожными действиями дарителя. Такая ответственность применяется по правилам о возмещении внедоговорного вреда (гл. 59 ГК). В консенсуальном договоре дарения возможна также и ответственность дарителя в виде возмещения одаряемому убытков, которые он понес вследствие нарушения дарителем некоторых условий такого договора, например о количестве и качестве даримого имущества.

1.3. Правовое регулирование пожертвования

Пожертвованием признается дарение вещи или права в общеполезных целях (п. 1 ст. 582 ГК). Таким образом, пожертвование является разновидностью дарения.

Основную особенность пожертвования составляет наличие в нем условия об использовании пожертвованного имущества по определенному назначению, которое составляет обязанность одаряемого и может контролироваться дарителем (жертвователем) или его наследниками (правопреемниками). Речь идет о дарении имущества в общеполезных целях, т.е. в целях, полезных либо для общества в целом, либо для определенной его части (определенного жертвователем круга лиц). Например, возможна безвозмездная передача книг в общедоступную библиотеку для их использования всеми желающими либо в университетскую библиотеку — для использования их студентами и преподавателями. Отсутствие условия об определенном назначении (цели использования) дара превращает эти отношения в обычный договор дарения (п. 3 ст. 582 ГК).

Объектом пожертвований может быть вещь или имущественное право (например, вклад в банке или пакет «бездокументарных ценных бумаг»), но не освобождение от обязанности. Пожертвование может делаться в пользу любых субъектов гражданского права, в том числе в пользу граждан, а также различных учреждений — юридических лиц, не являющихся (и не становящихся) собственниками своего имущества. На принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или согласия (п. 2 ст. 582 ГК). Исполнение договора о пожертвовании сводится к использованию пожертвованного имущества в строгом соответствии с указаниями жертвователя 6 .

С этой целью, в частности, юридическое лицо, принявшее пожертвование, должно вести обособленный учет всех операций с таким имуществом. Если вследствие изменившихся обстоятельств его использование по указанному жертвователем назначению становится невозможным, с согласия жертвователя, а в случае его смерти (или ликвидации) — по решению суда допускается установление иной цели использования такого имущества.

Нарушение установленного жертвователем (или судом) назначения имущества дает основание жертвователю (либо его наследникам или иным правопреемникам) требовать отмены пожертвования (п. 5 ст. 582 ГК). Вместе с тем пожертвование не может быть отменено по другим основаниям, предусмотренным законом для отмены дарения. Кроме того, согласно п. 6 ст. 582 ГК в этих отношениях исключается правопреемство (как для жертвователя, так и для лица, в чью пользу предназначалось пожертвование).

Глава 2. Основные правила дарения недвижимости

2.1. Понятие недвижимого имущества

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) в соответствии со ст. 130 ГК РФ относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения.

Земельный участок как предмет гражданско-правовых договоров — часть поверхности земли (в т.ч. почвенный слой), границы которой описаны и удостоверены в установленном порядке. Виды земельных участков определяются в зависимости от их целевого назначения, установленного в соответствии с земельным законодательством РФ (см. ст. 7 ЗК РФ).

К недвижимому имуществу жилого назначения относятся жилые дома и жилые помещения, предназначенные для постоянного проживания граждан, а также для использования в установленном порядке в качестве служебных помещений, жилых помещений из фондов жилья для временного поселения, общежитий и других специализированных жилых помещений (ст. 7 ЖК).

К объектам нежилого фонда относятся отдельно стоящие нежилые здания, строения, сооружения и их части; нежилые помещения в жилых домах, включая встроенно-пристроенные помещения и их части, за исключением помещений, отнесенных в установленном порядке к жилищному фонду 7 .

Установление различий между понятиями здание» и «строение» и их признаков, на наш взгляд, не имеет существенного правового и практического значения, хотя в юридической литературе этому вопросу уделяется значительное внимание. Вместе с тем необходимо отличать здания и сооружения от иных построек, не относящихся к объектам недвижимости. Исходя из того, что недвижимыми признаются только те объекты, которые прочно связаны с землей и перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно (п. 1 ст. 130 ГК РФ), из состава недвижимого имущества исключаются временные переносные строения сборно-разборного типа (палатки, киоски, павильоны и т.п.).

К недвижимым вещам ГК РФ относит также некоторые движимые (по своим естественным свойствам) вещи. Это — подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Однако мы не ставим задачу охарактеризовать порядок совершения договора дарения таких видов недвижимого имущества, как участки недр, обособленные водные объекты, леса, подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Рассмотрение специфики распоряжения указанными видами недвижимого имущества может составить предмет самостоятельных исследований.

2.2. Предмет договора дарения недвижимости

Договор дарения, как и любой другой гражданско-правовой договор на передачу имущества, имеет сложный предмет, в состав которого включаются: а) действия — передача дара (п. 1 ст. 307 ГК РФ); б) само имущество, подлежащее передаче. Исходя из этого следует более внимательно подходить к определению предмета в тексте договора.

Определение имущества, являющегося предметом договора дарения, осуществляется путем указания идентифицирующих его данных.

При дарении земельного участка в договоре следует указать:

1) кадастровый номер — уникальный номер, присваиваемый земельному участку, который сохраняется за ним до тех пор, пока он физически и (или) юридически существует как единое целое. Уникальность кадастрового номера заключается в том, что на территории России не может быть двух участков, имеющих одинаковые номера. Предметом договора могут быть только земельные участки, прошедшие государственный кадастровый учет.

Правовая природа, понятие и признаки договора дарения

В римском праве договором дарения признавалось неформальное соглашение, по которому «одна сторона, даритель, предоставляет другой стороне, одаряемому, какие-либо ценности за счет своего имущества, с целью проявить щедрость по отношению к одаряемому. Дарение могло быть совершено в различных правовых формах: посредством передачи права собственности на вещь, в частности, платежа денежной суммы, в форме предоставления сервитутного права и т.д. Частным случаем дарения было обещание что-то предоставить, совершить известные действия и т.д. — дарственное обещание» Римское частное право: Учебник / Под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского. М. — Юриспруденция, 2007. С. 499.

В классическом римском праве дарственное обещание имело обязательную силу только в том случае, если оно было облечено в форму стипуляции, соглашение в иной форме не порождало обязательств. Под стипуляцией в римском праве понималась некая словесная формула, в которой лицо, которому задается вопрос, отвечает, что оно дает или сделает, о чем его спросили.

В классическую эпоху римского права сфера применения договора дарения, помимо обязательной формы стипуляции, законодательно ограничивалась путем установления предельных размеров дарения. Примером такого законодательного ограничения может служить lex Cincia (закон Цинция, 204 г. до н.э.), который запретил дарение свыше определенной суммы; данное ограничение не затрагивало лишь актов дарения в пользу ближайших родственников дарителя.

В императорскую эпоху римского права договор дарения, включая так называемое дарственное обещание, признавался типичным договором и защищался законодательством, независимо от формы его заключения. Исключение составляли только договоры дарения на определенную сумму (свыше 500 золотых), обязательная сила которых обеспечивалась путем совершения специальной процедуры — судебной инсинуации, когда дарственные акты заявлялись перед судом с последующим их занесением в специальный реестр. Предмет договора дарения в римском праве (и в классическую, и в императорскую эпохи) не ограничивался безвозмездной передачей вещи, а включал в себя возможность и дарственного обещания (что, кстати, свидетельствовало о консенсуальном характере обязательства дарения), и прощения долга, и передачи права.

Кроме норм гражданского права отношения, связанные с дарением, подпадают под действие правил других отраслей российского права, в частности семейного, административного. К числу актов, содержащих такие правила, относятся Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. №223-ФЗ, Указ Президента РФ от 30.04.1996 №614 «О дополнительных мерах по реализации Федерального закона «О ветеранах», Федеральный закон от 11 июля 2001 г. №95-ФЗ «О политических партиях», Федеральный закон от 16 июля 1998 г. №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», Федеральный закон от 30 декабря 2006 г. №275-ФЗ «О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций» и др. Отдельному регулированию подвергаются отношения, связанные с предоставлением получающих все большее распространение так называемых грантов. Согласно Закону о науке гранты — денежные и иные средства, передаваемые соответствующим физическим и юридическим лицам безвозмездно и безвозвратно гражданами и юридическими лицами, в том числе иностранными гражданами и юридическими лицами, а также международными организациями, получившими право на предоставление грантов на территории РФ в установленном Правительством РФ порядке, для проведения конкретных научных исследований на условиях, предусмотренных грантодателями. Не является дарением и пожизненное ежемесячное материальное обеспечение граждан Российской Федерации в соответствии с Указом Президента РФ от 30.11.92 «О дополнительном материальном обеспечении граждан за особые заслуги перед Российской Федерацией».

Договором дарения признается такой договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК).

В системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в отдельный тип договорных обязательств благодаря наличию некоторых характерных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном качестве. В числе таких признаков можно назвать следующие особые черты договора дарения.

1. Основной квалифицирующий признак договора дарения, отличающий его от подавляющего большинства гражданско-правовых договоров, состоит в его безвозмездности. Как известно, гражданско-правовые отношения строятся на началах имущественной самостоятельности их участников и эквивалентности. Соотношение возмездных и безвозмездных договоров определяется законодательной презумпцией возмездности всякого гражданско-правового договора, выраженной нормой, согласно которой «договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное» (п. 3 ст. 423 ГК).

Договор дарения относится к безвозмездным договорам, по которым одна сторона предоставляет либо обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. Наличие в системе гражданско-правовых обязательств безвозмездных договоров (договор дарения, договор ссуды) объясняется широким спектром побудительных мотивов действий участников имущественного оборота, которые вовсе не сводятся к обязательному извлечению выгоды из всякой сделки. Чаще всего намерение заключить договор дарения возникает под влиянием личных отношений, сложившихся между дарителем и одаряемым. Это может быть и чувство благодарности к одаряемому, симпатия и т.д. Сделки могут совершаться в том числе и из сострадания к попавшим в беду, из желания оказать помощь, просто материально поддержать кого-либо. В любом случае такие побудительные мотивы не имеют правового значения. Поэтому встречающийся иногда в юридической литературе взгляд на безвозмездные отношения в гражданском праве как на вынужденный «довесок» к «нормальным» имущественным отношениям, пронизанным насквозь меркантильными интересами их участников, представляется намеренно искусственным, примитивизирующим субъекты имущественного оборота (в особенности физических лиц). Например, И.В. Елисеев пишет: «Однако и безвозмездные правоотношения… также могут испытывать действие закона стоимости, хотя и не столь явное… Главное же, пожалуй, состоит в том, что предмет не утрачивает присущие ему качества товара и тогда, когда он переходит от одного лица к другому безвозмездно».

Признак безвозмездности договора дарения означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого, более того, и не рассчитывает на это. «Наличие хотя и неравноценных, но взаимных непогашенных денежных обязательств у сторон свидетельствует о том, что их намерение простить долг друг другу не является разновидностью дарения» Постановление Президиума ВАС РФ от 19.12.2006 №11659/06 по делу N А42-422/2005.

Если по договору дарения предполагаются встречная передача вещи или права либо встречное обязательство со стороны одаряемого, то такой договор признается притворной сделкой и к нему применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК (п. 1 ст. 572 ГК). В данной ситуации речь идет о нормах, относящихся к возмездной сделке, которую стороны действительно имели в виду. К нему в зависимости от конкретных условий должны применяться правила о договорах купли-продажи, мены и др.

Как и в российском дореволюционном гражданском праве, договор дарения не теряет своих качеств, если имеется встречное предоставление, которое носит чисто условный, либо символический характер (например, вручение дарителю одаряемым мелкой монетки за подаренные острый предмет или комнатное растение). При этом важное значение имеет осознание сторонами того факта, что встречное предоставление является именно данью традиции и не выполняет роль компенсации за полученное имущество. При отсутствии осознания условности и символического характера предоставления со стороны, одаряемого и, напротив, направленности воли сторон именно на компенсацию дара их правоотношения не могут рассматриваться в качестве договора дарения даже в том случае, когда встречное предоставление явно не эквивалентно полученному дару. Так, если какое-либо имущество реализуется его собственником по явно заниженной цене или покупается кем-либо по чрезмерно завышенной цене, указанные правоотношения, в силу отсутствия признака безвозмездности, не могут быть квалифицированы как договор дарения.

Не противоречит безвозмездному характеру дарения факт совершения впоследствии одаряемым дара в пользу дарителя, но по самостоятельному договору. При соглашении же о встречных имущественных предоставлениях налицо не договор дарения, а договор мены (ст. 567 ГК) либо договор купли-продажи (ст. 454 ГК), если эквивалент выражен в денежной сумме.

  • 2. Признаком дарения является увеличение имущества одаряемого. Объем имущества одаряемого увеличивается путем передачи ему дарителем вещи или имущественного права либо освобождения его от обязанности. В последнем случае уменьшается часть имущества одаряемого, составляющего его пассивы, что равносильно увеличению активов последнего. Данный признак позволяет отличать договор дарения от иных договоров, не предусматривающих, так же как и при дарении, встречного предоставления. Например, договор залога может быть заключен третьим лицом с кредитором должника в целях обеспечения обязательств последнего без какой-либо компенсации риска указанного третьего лица со стороны должника. Несмотря на очевидную выгоду для должника и безвозмездность отношений между должником и залогодержателем, такой договор не может рассматриваться в качестве дарения, поскольку он не увеличивает имущества должника.
  • 3. При дарении увеличение имущества одаряемого должно происходить за счет уменьшения имущества дарителя. И этот признак необходим для отграничения договора дарения от иных договоров и сделок, реализация которых сулит увеличение имущества лица, но не за счет уменьшения имущества оказывающего ему услугу другого лица. Такие правоотношения имеют место, в частности, по договору страхования, заключенному страхователем в пользу выгодоприобретателя, который при наступлении страхового случая, получая от страховщика страховое возмещение, увеличивает свое имущество, но не за счет уменьшения имущества страхователя. Аналогичная ситуация может возникнуть по договору поручения, не предусматривающему обязанность доверителя по выплате вознаграждения поверенному.

Уменьшение имущества одной стороны и одновременное увеличение имущества другой характерно и для ряда иных возмездных сделок (договоров аренды, перевозки, хранения). Принятие дарения означает согласие одаряемого на безвозмездное приобретение имущества, но такой акт (принятие) имеет место и в других способах приобретения имущества. Бесповоротность дарения в настоящее время не является абсолютной, так как возможен отказ от исполнения договора дарения и отмена дарения.

4. Признаком договора дарения является также наличие у дарителя, передающего одаряемому имущество либо освобождающего его от обязательств, намерения одарить последнего, т.е. увеличить имущество одаряемого за счет собственного имущества. При отсутствии такого намерения у «дарителя» договор, по которому производится передача имущества, даже при отсутствии в его тексте условий о цене указанного имущества и порядке его оплаты либо иного встречного предоставления, должен в соответствии с п. 3 ст. 423 ГК признаваться возмездным. Что же касается встречного предоставления, то его размер в этом случае определяется исходя из того, что если в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена из условий договора, исполнение такого договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги (п. 3 ст. 424 ГК).

Намерение одарить — правовая цель дарителя в сделке. Это — действительно юридически важный признак, который можно уточнить как намерение передать дар в собственность безвозмездно.

5. Дарение — это всегда двусторонняя сделка, т.е. для ее совершения необходима согласованная воля обеих участвующих в сделке сторон. Это означает, что для заключения договора дарения не достаточно желания одного лица передать в качестве дара вещь или имущественное право другому лицу. Одаряемый также совершенно определенно должен выразить свое согласие на принятие дара. Данный признак не всегда можно обнаружить в отношениях, связанных с дарением, особенно если договор дарения заключается по модели реального договора. В повседневной жизни на бытовом уровне каждый день совершается огромное число дарений без всяких видимых следов истребования согласия одаряемого на принятие подарка. Однако даже обыденные представления не исключают возможности отказа одаряемого от принятия подарка. Мотивами для такого отказа могут служить дороговизна подарка, испорченные отношения между дарителем и одаряемым, понимание одаряемым, что за подарком последуют просьбы дарителя совершить какие-либо нежелательные (для одаряемого) действия, и т.п.

В современной юридической литературе трудно обнаружить взгляд на дарение как на одностороннюю сделку со стороны дарителя, являющуюся одним из способов прекращения права собственности дарителя и возникновения права собственности у одаряемого, как это имело место в дореволюционной гражданско-правовой доктрине. Напротив, подчеркивается принципиальное значение согласия одаряемого на принятие дара, что, безусловно, свидетельствует о договорной природе дарения и позволяет провести четкую грань между дарением и односторонними сделками, например завещанием в наследственном праве См., напр.: Гражданское право: Учебник. Т II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 131.

6. Договор дарения может быть как реальным, так и консенсуальным. Реальной называется сделка, для совершения которой наряду с достижением соглашения между сторонами одновременно требуется также передача имущества либо имущественного права. С точки зрения правовой природы возникающих при этом правоотношений значительный интерес представляет собой договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому.

По общему правилу реальный договор отличается от консенсуального договора, который считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора (формальный момент — получение лицом, направившим оферту, ее акцепта), тем, что для заключения реального договора необходима также передача имущества, поэтому такой договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (п. 1, 2 ст. 433 ГК).

В этом смысле договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому, на первый взгляд также представляется реальным договором: отсутствует разрыв во времени между заключением договора и появлением права у одаряемого; передача имущества дарителем представляет собой не исполнение обязательства, а действие последнего по заключению договора дарения. Вместе с тем такой договор дарения обладает некоторыми специфическими чертами, отсутствующими у других реальных договоров. Во-первых, иные реальные договоры (рента, заем, хранение, перевозка) заключаются (путем передачи имущества) в том числе и на основе соглашений сторон, которые вступают в силу с момента передачи имущества. Для договора дарения такая возможность исключается: при наличии соглашения между дарителем и одаряемым мы имеем дело с консенсуальным договором обещания дарения.

Во-вторых, и это главное, передача дарителем имущества в качестве дара одаряемому имеет своим результатом непосредственное возникновение у одаряемого права собственности на подаренное имущество. Иными словами, в отличие от всех других реальных договоров, по которым передача имущества означает не только заключение договора, но и возникновение обязательств сторон (например, по договору займа — обязанности заемщика по возврату суммы займа; по договору перевозки — обязанности перевозчика доставить груз в пункт назначения и выдать его получателю, а грузоотправителя — внести провозные платежи и т.п.), заключение договора дарения не порождает никаких обязательственно — правовых отношений, а приводит к возникновению права собственности на подаренное имущество у одаряемого.

Договор дарения, заключаемый путем передачи дарителем имущества одаряемому, отличается от консенсуального договора обещания дарения не только по моменту его заключения, но и тем, что он вообще не порождает обязательств сторон и поэтому не может быть отнесен также и к реальным договорам. По своей правовой природе такой договор дарения представляет собой «договор — сделку», т.е. юридический факт, служащий основанием прекращения права собственности дарителя и возникновения права собственности у одаряемого на подаренное имущество. Пожалуй, единственная причина, по которой данный юридический факт признается не только основанием (способом) перехода права собственности, но и договором, состоит в необходимости для дарителя получить согласие одаряемого на передачу ему соответствующего дара. Все остальные качества гражданско-правового договора (договора — правоотношения и договора — документа) в данном случае не имеют места.

Отношение к договору дарения как к договору — сделке демонстрирует и законодатель. Из всех правил ГК, предназначенных для регулирования договора дарения, непосредственное отношение к договору, заключаемому путем передачи имущества одаряемому, имеют лишь следующие нормы: о признании договора дарения, предусматривающего встречное предоставление со стороны одаряемого, притворной сделкой (п. 1 ст. 572); о форме договора дарения и порядке его заключения, т.е. передачи дара (п. 1 ст. 574); о случаях запрещения и ограничения дарения (ст. 575, 576); о последствиях причинения вреда одаряемому вследствие недостатков подаренной вещи (ст. 580); об отмене дарения (ст. 578, 579). Что касается иных норм, то они регулируют содержание договора дарения, порядок исполнения обязательств и отказа от исполнения договора дарения, вопросы правопреемства, т.е. имеют в качестве объекта правового регулирования договор дарения как правоотношение и предназначены исключительно для регламентации отношений, связанных с консенсуальным договором дарения (обещания дарения).

Это интересно:  Залог прав требования по договору долевого участия

Таким образом, законодатель, понимая, что договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому, не порождает обязательств и не обладает качествами договора — правоотношения, регулирует его именно как сделку (договор — сделку) без помощи норм, рассчитанных на определение содержания данного договора.

ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ДАРЕНИЯ

До революции 1917 г. правоотношения, связанные с дарением, явля­лись предметом оживленных теоретических дискуссий. Гражданское зако­нодательство и гражданско-правовая доктрина того времени не давали чет­ких однозначных ответов на вопросы о понятии дарения, его правовой при­роде, месте этого института в системе гражданского права. Достаточно ска­зать, что в гражданском законодательстве той пары нормы о дарении были размещены не среди положений о договорных обязательствах, а в разделе о порядке приобретения и укрепления прав на имущество. Хотя, как подчер­кивал Г.Ф. Шершеневич, «законодательство признает, что дар почитается

недействительным (несостоявшимся?), когда от него отречется тот, кому он >i, а следовательно, по мнению Г.Ф. Шершеневича, законода-

тель бесспорно причисляет дарение к договорным обязательствам 2 ‘

Значительным своеобразием отличались взгляды основоположника российской цивилистики Д.И. Мейера как на природу дарения, так и на ме­сто этого института в системе гражданского права, которые были охаракте­ризованы Г.Ф. Шершеневичем следующим образом: «Иные, принимая в соображение, что посредством дарения возможно установление всех видов прав, отводят место дарению в общей части гражданского права (Мейер). Но с педагогической точки зрения едва ли это удобно, потому что по пово-

ду дарения пришлось бы излагать положения, которым место только в осо-
,- з. Однако такая оценка взглядов Д.И Мейера нам представ-

ляется упрощенной и несправедливой.

Действительно, в книге Д.И. Мейера «Русское гражданское право» (которая, кстати сказать, принадлежит не перу Д.И. Мейера, а составлена

‘ Такое правило содержалось в Своде законов Российской империи (т. X, ч. 1кст. 973). z См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. По изд. 1907 г. М.,

з Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Т. 2. СПб., 1902. С. 128.

после его смерти его учениками по конспектам лекций Д.И. Мейера 1 ‘ по

ложения о дарении помещены в общей части гражданского права (в разделе о приобретении прав). Но причины такого подхода к изложению курса гра­жданского права объясняются в самой книге несколько иначе, чем указывал Г.Ф. Шершеневич. Д.И. Мейер подчеркивал, что «безмездно (безвозмездно. —В. В.) права приобретаются различно, например, по передаче, по договору, так что способы безмездного приобретения прав не группируются в одно учреждение; но в различных учреждениях, определяющих безмездное при­обретение того или другого права, встречаются многие общие черты, так что есть возможность представить общую теорию дарения, как учреждения, обнимающего в общих чертах все различные учреждения, о безмездном приобретении прав. Таким образом, в учении о приобретении прав находит себе место учение о дарении» 2 ‘

Дело в том, что, по мнению Д.И. Мейера, не все акты дарения могут быть признаны договором. Он подчеркивал, что «по договору приобретает­ся право на чужое действие, по дарению же не всегда приобретается право на чужое действие, а иногда и другое право. Например, лицо обязывается подарить другому известную вещь: тут действительно представляется дого­вор, по которому другое лицо приобретает право на действие, и притом приобретает его безвозмездно. Но, например, лицо, не будучи предвари­тельно обязано подарить вещь, прямо передает ее безвозмездно другому лицу: здесь лицо не приобретает права на чужое действие, а приобретает право собственности на вещь» 3 ‘

Таким образом, существо взглядов Д.И. Мейера по поводу правовой природы дарения состоит в том, что он различал договор дарения как ин­ститут обязательственного права, когда на основе соглашения сторон воз­никает обязательство дарителя передать дар одаряемому, и это полностью укладывается в конструкцию гражданско-правового договора; но с другой стороны, Д.И. Мейер не признавал договором такое дарение, когда имелся лишь факт передачи вещи, который непосредственно порождал право соб­ственности у лица, получившего эту вещь. В последнем случае, при отсут­ствии соглашения сторон и соответственно вытекающего из него обяза­тельства по передаче вещи, передача вещи (как таковая) представлялась Д.И. Мейеру самостоятельным основанием возникновения права собствен­ности. И в этом смысле имело место безвозмездное отчуждение права соб-

См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2-х ч. По испр. и доп. 8-му изд.,

1902. Ч. 1. М, 1997 (Сер. Классика российской цивилистики). С. 3. 2 Там же. С. 241.

ственности, которое, по мнению Д.И. Мейера, не охватывалось понятием договора дарения.

В связи с этим следует заметить, что даже с позиций сегодняшнего дня такой подход к оценке правовой природы дарения имеет право на сущест­вование и уж во всяком случае не может быть объяснен чисто методиче­скими аспектами, как полагал Г.Ф. Шершеневич 1 ‘

Особых взглядов на правовую природу дарения придерживался и К.П. По­бедоносцев, который усматривал смысл дарения в перенесении права собст­венности одним лицом на другое в момент достижения согласия сторонами и поэтому причислял дарение к способам приобретения права собственности 2 ‘

Оппонируя точке зрения К.П. Победоносцева, Г.Ф. Шершеневич пи­сал: «Однако, тот факт, что дарение чаще всего направлено к перенесению права собственности, еще не дает основания игнорировать те случаи даре­ния, когда оно чуждо этой цели. даже в дарении, направленном на перене­сение права собственности, момент перехода последнего не всегда совпада­ет с моментом соглашения, и тогда между дарителем и одаряемым устанав­ливается обязательственное отношение» 3 ‘

Сам же Г.Ф. Шершеневич всякое дарение признавал договором. Он указывал: «Дарением называется безвозмездный договор, направленный непосредственно на увеличение имущества одаряемого в соответствии с уменьшением имущества дарителя. Дарение, — подчеркивал Г.Ф. Шершене­вич, — представляет собой сделку, основанную на взаимном соглашении, а не на воле одного дарителя. До принятия предлагаемого дара лицом одаряемым дарение не имеет смысла. Поэтому-то дарение признается договором» 4 ‘

При подготовке проекта Гражданского уложения различные взгляды на природу дарения явились предметом тщательного исследования и все­стороннего обсуждения. Принимались во внимание также и подходы к это­му вопросу, имеющиеся в законодательствах разных государств. Редакци­онная комиссия констатировала, что дарение, конечно же, является одним из способов приобретения имущественных прав. Но ответ на вопрос о при­роде дарения и месте этого института в системе гражданского права может быть дан только на основе анализа существа самого юридического дейст­вия, из которого возникают свойственные дарению правовые отношения. Ключевым вопросом при проведении такого анализа для Редакционной комиссии являлся вопрос о необходимости (или отсутствии таковой) при-

1 О правовой природе дарения применительно к современному российскому зако­
нодательству см.: ч. 1 гл. XII настоящей книги.

2 См.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Т. II. СПб., 1896. С. 365.

Цершеневич.Г . Курс гражданского права. Т. 2. С. 128. шже. С. 127.

нятия дарения или согласия одаряемого на безвозмездное приобретение имущества. Причем данный вопрос, по мнению Редакционной комиссии, имел решающее значение применительно только к дарению, совершаемому не на основе предварительного соглашения сторон, а путем непосредствен­ной передачи дара одаряемому. «Бесспорно, — заключает Редакционная ко­миссия, — что дарение в тех случаях, когда оно совершается в форме дарст­венного обязательства («курсив наш. — Б.Б.), т.е. безвозмездной выдачей дарителем письменного обязательства об отчуждении своего имущества в пользу одаряемого, не может быть действительным без принятия или со­гласия одаряемого потому, что дарственное обязательство, как и договоры вообще, основываются всегда на соглашении сторон» 1 ‘

В результате Редакционная комиссия пришла к выводу о необходимо­сти принятия дара или согласия одаряемого как обязательного условия действительности всякого договора дарения, поскольку такое требование вытекает из сущности самого дарения. При этом ход рассуждений Редакци­онной комиссии, посредством которых она пришла к такому выводу, пред­ставляет чрезвычайный интерес, в том числе и с позиций современных гра­жданского законодательства и науки гражданского права.

В материалах Редакционной комиссии подчеркивается, что дарение составляет исключение из свойственных человеку действий, направленных преимущественно к приобретению, а не к безвозмездному отчуждению имущества, поэтому дарение не совершается без особых побуждений, кото­рые могут быть вполне бескорыстными (благодарность, любовь и т.п.) или могут быть направлены на достижение разных выгод и даже безнравствен­ных целей (средство подкупа, соблазна и т.п.). Но главное состоит в том, что между дарителем и одаряемым должны существовать известные чисто личные отношения нравственного свойства, которые обыкновенно про­должаются и после совершения дарения, независимо от юридических по­следствий, возникающих из этой сделки.

Ввиду такого личного характера, отличающего дарение от других имущественных сделок, одаряемому небезразлично, кто именно, по какому побуждению и с какой целью намерен предоставить ему имущественную прибыль. Точно так же и предмет дарения, хотя бы от исходил от близкого друга или родственника, не всегда является выгодным для одаряемого, но может иногда и принести последнему убытки. Если же еще принять во внимание, что всякое дарение, независимо от обязательств, которые может установить сам даритель, в силу закона возлагает на одаряемого известные

Гражданское Уложение: Проект Высочайше учрежденной Редакционной Комис­сии по составлению Гражданского Уложения / Под ред. И.М. Тютрюмова. Том вто­рой. СПб., 1910. С. 360.

обязанности, например обязанности возврата имущества в случае соверше­ния действий, которые могут быть расценены как неблагодарность, то ста­нет ясно, что дарение не может осуществляться без согласия одаряемого на принятие дара. «Дарение, — полагала Редакционная комиссия, — как и вся­кое другое благодеяние, никому не может быть навязываемо, следователь­но, не может быть и совершаемо без согласия одаряемого» 1 ‘

Необходимость принятия дарения для действительности этой юриди­ческой сделки не только имеет то значение, что никто не может быть ода­рен против его воли, но имеет еще и то последствие, что даритель до изъяв­ления одаряемым согласия на принятие имущества может отказаться от своего намерения, следовательно, одностороннее предложение или обеща­ние совершить дарение не имеет обязательной силы.

В результате Редакционная комиссия пришла к заключению, в соот­ветствии с которым необходимость принятия дарения (согласия одаряемого на приобретение имущества в виде дара) «вытекает из самого внутреннего свойства дарения, безусловно обязательна для каждого дарения. » А по­скольку дарение не может осуществиться без обоюдного согласия сторон (дарителя и одаряемого), то «из этого следует, что дарение есть договор, ибо. соглашение двух или нескольких лиц о приобретении, изменении или прекращении прав признается договором» 2 ‘

В связи с этим в проекте Гражданского уложения нормы о дарении со­ставили гл. IV «Дарение» разд. II «Обязательства по договорам» кн. V «Обязательственное право». Указанная глава открывалась нормой, содер­жащей следующее определение договора дарения: «По договору дарения даритель, при жизни своей, безвозмездно предоставляет другому лицу ка­кое-либо имущество. К предоставлению кому-либо имущества на случай смерти применяются правила о завещаниях» (ст. 1782).

Несмотря на имеющиеся разногласия между российскими правоведа­ми относительно правовой природы дарения и места этого института в сис­теме гражданского права, называемые ими основные черты (признаки) да­рения (договора дарения) в основном совпадали 3 ‘ ечь шла ° четы Р ех ха

рактерных признаках: 1) безвозмездность дарения; 2) направленность на увеличение имущества одаряемого; 3) уменьшение имущества дарителя; 4) намерение дарителя одарить одаряемого.

Признак безвозмездности дарения не толковался таким образом, что непременно должно отсутствовать всякое встречное предоставление. Так,

Г.Ф. Шершеневич отмечал, что с юридической точки зрения «под безвоз­мездностью следует понимать только то, что передаваемой ценности не соответствует эквивалент. Нельзя, например, считать возмездным дарение потому, что за подаренные нож или ружье одаряемый вручает дарителю

монету, руководствуясь народным предрассудком, что железо и сталь да-

1. При этом считалось, что мотивы и побуждения дарителя, рить опасно»

даже если они бьши отнюдь не бескорыстными, не порочили признака без­возмездности дарения. Например, Д.И. Мейер писал: «Действительно, очень редко дарение производится совершенно бескорыстно, а обыкновен­но или оно составляет вознаграждение за какую-либо услугу, оказанную дарителю со стороны лица одаряемого, или даритель хочет приобрести ка­кие-либо материальные или нематериальные выгоды, например, склонить лицо одаряемое на свою сторону: но тем не менее сделка остается дарени­ем. Поэтому если лицо одарит кого-либо в надежде на его услугу, которая, однако же, не оказывается, то дарение все-таки действительно, потому что надежда на вознаграждение не имеет юридического момента» 2 ‘

Направленность дарения на увеличение имущества одаряемого, как отмечал Г.Ф. Шершеневич, должна составлять непосредственную цель да­рения. Он подчеркивал, что по этой причине «не подходит под понятие да­рения такая меновая сделка, в которой одна сторона выигрывает более дру­гой, потому что такое обогащение составляет случайный элемент и не явля­ется прямой целью соглашения. Не будет дарением, когда должник, снис­ходя к кредитору, предоставляет ему в обеспечение его права требования залог или поручительство, потому что этим действием он не увеличивает ценности имущества своего верителя, а только обеспечивает его права» 3 ‘

При дарении увеличение имущества одаряемого должно осуществ­ляться за счет уменьшения имущества дарителя. Этот признак, по мнению дореволюционных правоведов, позволял отличать дарение от завещания. Например, Д.И. Мейер указывал, что «даритель лишается какого-либо пра­ва, и притом при жизни, потому что если лицо дарит что-либо другому, но так, чтобы дар перешел к одаряемому по смерти дарителя, то дарение уже имеет вид завещательного распоряжения» 4 ‘ С этим мнением соглашался и Г.Ф. Шершеневич, который также отмечал, что «этим признаком дарение отличается от завещания. По завещанию наследователь оставляет все свое имущество или часть другому лицу, но имущество его не уменьшается, по­ка он жив, а после его смерти это имущество будет принадлежать уже не

наследователю, а наследнику» 1 ‘ По мнению Г ‘ Ф ‘ Шершеневича, данный признак позволял также отличать договор дарения от некоторых других договоров. В частности, он утверждал: «С точки зрения того же признака не будет дарением страхование жизни в пользу третьего лица, потому что уве­личение имущества этого последнего не связано с уменьшением имущества страхователя» 2 ‘

И наконец, один из главных признаков дарения, по мнению россий­ских правоведов, состоял в наличии у дарителя намерения одарить другое лицо. Д.И. Мейер объяснял этот признак следующим образом: «Как каждая сделка предполагает волю лица на ее совершение, так и дарение предпола­гает со стороны дарителя намерение одарить другое лицо (animus donandi), так что где нет этого намерения, нет и дарения, хотя бы были налицо все другие его принадлежности. Поэтому если какая-либо сделка, заключенная возмездно, оказывается недействительной, но может сохранить силу как дарение, то отсюда не следует еще, что она сама собой обращается в даре­ние, потому что при недействительности сделки возмездной не разумеется само собой намерение лица одарить другого контрагента» 3 ‘

В материалах Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения можно обнаружить свидетельства детальнейшего анализа указан­ного признака дарения в процессе подготовки законопроекта. В частности, там отмечается, что необходимым условием самого намерения дарителя одарить другое лицо должно быть сознание отчуждателя, что он произво­дит обогащение другого лица. Хотя из самого понятия дарения как способа отчуждения уже вытекает, что оно может быть последствием лишь созна­тельной воли дарителя, но для понятия дарения требуется еще сознание отчуждателя, что приобретатель получает имущественную прибыль, по­скольку без такого сознания не может быть речи и о намерении одарить. В подтверждение указанных рассуждений приводился пример, когда кто-либо покупает вещь за слишком высокую плату или продает ее слишком дешево, не зная действительной стоимости вещи. В этом случае он предоставляет другому лицу имущественную прибыль бессознательно, а следовательно, и не намеренно, вследствие чего в таких действиях не имеется дарения в юридическом смысле этого слова.

Вместе с тем Редакционная комиссия отмечала, что могут быть и та­кие случаи, когда лицо, лишающее себя имущества, сознательно обогащает приобретателя, не имея вовсе намерения произвести дарение. Например, лицо, приобретая вещь, сознательно платит за нее цену выше ее действи-

1 Шершеневич Г. Ф. Курс гражданского права. Т. 2. С. 129.

3МейерД.И. Указ. соч. Ч. 1. С. 243.

тельной стоимости только потому, что приобретаемая вещь ему крайне не­обходима; или лицо продает вещь за бесценок вследствие крайней нужды в деньгах. Указанные лица вполне сознают, что они обогащают других, хотя вовсе не имеют такого намерения, а желают лишь избежать невыгодных для них самих последствий. Очевидно, что в подобных случаях нельзя го­ворить о дарении. Однако из этого не вытекает, что намерение дарителя должно иметь своей целью благодеяние без примеси каких-либо других, в том числе эгоистических побуждений. «Требуется только, — подытоживает Редакционная комиссия, — чтобы в ряду побуждений и целей, руководящих отчуждателем, было намерение обогатить приобретателя; в чем же заклю­чаются другие побуждения дарителя, — безразлично» 1 ‘

Спорным являлся вопрос о значении дарений, делаемых из благодар­ности (donatio remuneratoria). Было признано, что по общему правилу нет оснований не признавать за дарением, совершаемым из благодарности, свойства истинного дарения и освобождать его от установленных для этого института специальных правил. Чувство благодарности является не только слишком неопределенным побуждением, но и легко обнаруживается, так что всякое дарение можно подвести под такое побуждение. Сомнения могут возникнуть лишь в том случае, когда действие, в благодарность за которое совершается дарение, заключается в исполнении таких работ или услуг, которые делаются обыкновенно за денежную плату, а потому имеют свой­ство промысла. Подход Редакционной комиссии к подобным ситуациям состоял в том, что оценка сделки, посредством которой лицо производит вознаграждение за работы или услуги, зависит от намерений этого лица. Если указанное лицо, полагая, что одаряемый выполнил работы или оказал услуги безвозмездно и бескорыстно, желает выразить ему благодарность в форме дарения, то такая сделка составляет действительное дарение. Если же лицо, в пользу которого совершена работа без предварительного согла­шения о вознаграждении, признает себя обязанным к вознаграждению, то производимая на этом основании уплата должна признаваться не дарением, а платежом долга 2 ‘

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:

Курсовая работа: Договор дарения

2. ПОНЯТИЕ И ОСОБЕННОСТИ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

2.1 ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

2.2 ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ ПО СОВРЕМЕННОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

3. ЭЛЕМЕНТЫ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

3.1 ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

3.2 ФОРМА И СОДЕРЖАНИЕ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

3.3 СУБЪЕКТЫ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

3.4 ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН

5. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Ежедневно в своей жизни мы становимся участниками отношений, регулируемых гражданским правом, порой даже не подозревая об этом. Приобретая товары, потребляя электричество и тепло, прибегая к услугам парикмахера, открывая банковский счет, оформляя кредит, мы вступаем в отношения, регулируемые гражданским законодательством.

В связи с ростом роли права в современном обществе очевидна необходимость в повышении правовой культуры граждан, формировании правосознания, соответствующего произошедшим изменениям. Сегодня каждый должен обладать необходимым запасом правовых знаний, что в конечном итоге не может не отражаться на качестве жизни.

Основное назначение гражданского законодательства — правовое регулирование, упорядочение гражданского оборота, а преобладание в нем эквивалентно-возмездных отношений не исключает существования безвозмездных имущественных связей. Договор дарения представляет собой одну из возможных сделок, при совершении которых происходит переход права собственности на имущество и имущественных прав. Естественно, что при таких условиях закон не мог оставить без внимания совершение такого рода сделок.

У многих может вызвать недоумение тот факт, что такое, казалось бы, обычное дело, как вручение подарка, может иметь правовую основу. Однако отношения, возникающие в связи с дарением, намного шире и разнообразнее, чем это может показаться на первый взгляд.

Сегодня предметом дарения может оказаться жилое помещение, автомобиль и другое имущество, имеющее значительную стоимость. В этом случае уже очевидна необходимость правовых норм, регулирующих порядок заключения такой сделки, ее форму, момент перехода права собственности к новому владельцу и др.

2. Понятие и особенности договора дарения

2.1 ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

В римском праве договором дарения признавалось неформальное соглашение, по которому «одна сторона, даритель, предоставляет другой стороне, одаряемому, какие-либо ценности за счет своего имущества, с целью проявить щедрость по отношению к одаряемому. Дарение могло быть совершено в различных правовых формах: посредством передачи права собственности на вещь, в частности, платежа денежной суммы, в форме предоставления сервитутного права и т.д. Частным случаем дарения было обещание что-то предоставить, совершить известные действия и т.д. — дарственное обещание».

В классическом римском праве дарственное обещание имело обязательную силу только в том случае, если оно было облечено в форму манципации, соглашение в иной форме не порождало обязательств. Под манципацией в римском праве понималась некая словесная формула, в которой лицо, которому задается вопрос, отвечает, что оно дает или сделает, о чем его спросили.

В классическую эпоху римского права сфера применения договора дарения, помимо обязательной формы манципации, законодательно ограничивалась путем установления предельных размеров дарения. Примером такого законодательного ограничения может служить lex Cincia (закон Цинция, 204 года до н.э.), который запретил дарение свыше определенной суммы; данное ограничение не затрагивало лишь актов дарения в пользу ближайших родственников дарителя.

В императорскую эпоху римского права договор дарения, включая так называемое дарственное обещание, признавался типичным договором и защищался законодательством, независимо от формы его заключения. Исключение составляли только договоры дарения на определенную сумму (свыше 500 золотых), обязательная сила которых обеспечивалась путем совершения специальной процедуры — судебной инсинуации, когда дарственные акты заявлялись перед судом с последующим их занесением в специальный реестр. Предмет договора дарения в римском праве (и в классическую, и в императорскую эпохи) не ограничивался безвозмездной передачей вещи, а включал в себя возможность и дарственного обещания (что свидетельствовало о консенсуальном характере обязательства дарения), и прощения долга, и передачи права.

До революции 1917 года правоотношения, связанные с дарением, являлись предметом оживленных теоретических дискуссий. Гражданское законодательство и гражданско-правовая доктрина того времени не давали четких однозначных ответов на вопросы о понятии дарения, его правовой природе, месте этого института в системе гражданского права. В гражданском законодательстве той поры нормы о дарении были размещены не среди положений о договорных обязательствах, а в разделе о порядке приобретения и укрепления прав на имущество.

Г.Ф. Шершеневич всякое дарение признавал договором. Он указывал: «Дарением называется безвозмездный договор, направленный непосредственно на увеличение имущества одаряемого в соответствии с уменьшением имущества дарителя. ».

При подготовке проекта Гражданского уложения различные взгляды на природу дарения явились предметом тщательного исследования и всестороннего обсуждения. Ответ на вопрос о природе дарения и месте этого института в системе гражданского права может быть дан только на основе анализа существа самого юридического действия, из которого возникают свойственные дарению правовые отношения. Ключевым вопросом при проведении такого анализа для Редакционной комиссии являлся вопрос о необходимости (или отсутствии таковой) принятия дарения или согласия одаряемого на безвозмездное приобретение имущества. Причем данный вопрос, по мнению Редакционной комиссии, имел решающее значение применительно только к дарению, совершаемому не на основе предварительного соглашения сторон, а путем непосредственной передачи дара одаряемому.

В результате Редакционная комиссия пришла к заключению, в соответствии с которым необходимость принятия дарения (согласия одаряемого на приобретение имущества в виде дара) «вытекает из самого внутреннего свойства дарения, безусловно, обязательна для каждого дарения. » А поскольку дарение не может осуществиться без обоюдного согласия сторон (дарителя и одаряемого), то «из этого следует, что дарение есть договор, ибо. соглашение двух или нескольких лиц о приобретении, изменении или прекращении прав признается договором».

В связи с этим в проекте Гражданского уложения нормы о дарении составили гл. IV «Дарение» разд. II «Обязательства по договорам» кн. V «Обязательственное право». Указанная глава открывалась нормой, содержащей следующее определение договора дарения: «По договору дарения даритель, при жизни своей, безвозмездно предоставляет другому лицу какое-либо имущество. К предоставлению кому-либо имущества на случай смерти применяются правила о завещаниях» (ст.1782).

Несмотря на имеющиеся разногласия между российскими правоведами относительно правовой природы дарения и места этого института в системе гражданского права, называемые ими основные черты (признаки) дарения (договора дарения) в основном совпадали. Речь шла о четырех характерных признаках:

1) Безвозмездность дарения;

2) Направленность на увеличение имущества одаряемого;

3) Уменьшение имущества дарителя;

4) Намерение дарителя одарить одаряемого.

Спорным являлся вопрос о значении дарений, делаемых из благодарности. Было признано, что по общему правилу нет оснований не признавать за дарением, совершаемым из благодарности, свойства истинного дарения и освобождать его от установленных для этого института специальных правил. Чувство благодарности является не только слишком неопределенным побуждением, но и легко обнаруживается, так что всякое дарение можно подвести под такое побуждение. Сомнения могут возникнуть лишь в том случае, когда действие, в благодарность за которое совершается дарение, заключается в исполнении таких работ или услуг, которые делаются обыкновенно за денежную плату, а потому имеют свойство промысла. Подход Редакционной комиссии к подобным ситуациям состоял в том, что оценка сделки, посредством которой лицо производит вознаграждение за работы или услуги, зависит от намерений этого лица. Если указанное лицо, полагая, что одаряемый выполнил работы или оказал услуги безвозмездно и бескорыстно, желает выразить ему благодарность в форме дарения, то такая сделка составляет действительное дарение. Если же лицо, в пользу которого совершена работа без предварительного соглашения о вознаграждении, признает себя обязанным к вознаграждению, то производимая на этом основании уплата должна признаваться не дарением, а платежом долга.

При подготовке проекта Гражданского уложения в него были включены специальные правила, касающиеся только одного вида договора дарения, а именно пожертвования, каковым признавалось «дарение в пользу общую». Пожертвования могли иметь место в пользу казны, церквей, монастырей, архиерейских домов, земств, городов, учебных заведений, больниц, сословных, благотворительных, ученых и других обществ и установлений (ст.1810).

Лицо, пожертвовавшее свое имущество, могло определить назначение его использования. В этом случае для общества или учреждения, принявшего дар, возникало обязательство обеспечить использование данного имущества в соответствии с назначением, определенным жертвователем.

На фоне всестороннего и детального регулирования договора дарения в дореволюционном гражданском законодательстве и проекте Гражданского уложения особенно убогим представляется регулирование договора дарения в советском гражданском законодательстве.

В Гражданском кодексе РСФСР 1922 года договору дарения была посвящена лишь одна норма, устанавливающая следующее правило: «Договор о безвозмездной уступке имущества (дарение) на сумму более одной тысячи рублей должен быть, под страхом недействительности, нотариально удостоверен» (ст.138).

Все отношения, связанные с договором дарения, регламентировались в Гражданском кодексе РСФСР 1964 года двумя статьями. Согласно первой из них, по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества. Дарение гражданином имущества государственной, кооперативной или общественной организации может быть обусловлено использованием этого имущества для определенной общественно полезной цели (ст.256). Вторая статья предусматривала требования, предъявляемые к форме договора дарения. В соответствии с этими требованиями договор дарения на сумму свыше пятисот рублей и договор дарения валютных ценностей на сумму свыше пятидесяти рублей нотариально удостоверялись. Договор дарения гражданином имущества государственной, кооперативной или общественной организации заключался в простой письменной форме, договор дарения жилого дома — в форме, установленной для договора купли — продажи жилого дома (ст.257).

Из определения договора дарения следует, что законодатель конструировал его по модели реального договора. Договор дарения считался заключенным в момент передачи имущества, заключение договора дарения совпадало с его исполнением.

Субъектами договора дарения (дарителем и одаряемым) в основном являлись граждане, в особенности в роли дарителя. Организации в роли дарителя, как правило, не выступали, поскольку это противоречило бы их специальной правоспособности.

Поскольку дарение направлено на прекращение права собственности у дарителя и возникновение его у одаряемого, признавалось, что даритель должен быть собственником имущества, передаваемого одаряемому.

Определяя в качестве предмета договора имущество, ГК РСФСР не раскрывал содержание этого понятия. Предметом договора дарения в юридической литературе обычно признавалось всякое принадлежащее гражданам на праве личной собственности имущество: вещи, в том числе ценные бумаги, валютные ценности и т.п. Правда, тут же подчеркивалось, что в соответствии с действующим законодательством свободное дарение валютных ценностей допускается только в отношении супруга, детей, родителей, внуков, деда, бабки, родных братьев и сестер. В остальных случаях дарение валютных ценностей могло иметь место исключительно с разрешения Министерства финансов СССР, а дарение в целях коллекционирования единичных экземпляров монет, являющихся валютными ценностями, допускалось в порядке, устанавливаемом Министерством культуры СССР по согласованию с Министерством финансов СССР.

2.2 ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ ПО СОВРЕМЕННОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

Гражданский кодекс РСФСР 1964 года включал всего две статьи, в которых были нормы, посвященные договору дарения. В современных условиях развития рыночных связей произошло значительное возрастание роли гражданско-правового регулирования рассматриваемых отношений. Это выражается, прежде всего, в достаточно развернутой и сравнительно детальной их регламентации в законе. В настоящее время нормы, регулирующие договор дарения, по-прежнему аккумулированы в ГК РФ. Однако ГК РФ уделяет дарению гораздо больше внимания, выделив, в частности, для этого отдельную главу во второй части, состоящую из 11 статей, где дана достаточно развернутая и детальная регламентация.

Кроме норм гражданского права отношения, связанные с дарением, подпадают под действие правил других отраслей российского права, в частности семейного, административного. Отдельному регулированию подвергаются отношения, связанные с предоставлением получающих все большее распространение так называемых грантов. Согласно Закону о науке гранты — денежные и иные средства, передаваемые соответствующим физическим и юридическим лицам безвозмездно и безвозвратно гражданами и юридическими лицами, в том числе иностранными гражданами и юридическими лицами, а также международными организациями, получившими право на предоставление грантов на территории РФ в установленном Правительством РФ порядке, для проведения конкретных научных исследований на условиях, предусмотренных грантодателями. Не является дарением и пожизненное ежемесячное материальное обеспечение граждан Российской Федерации в соответствии с Указом Президента РФ от 30.11.92 «О дополнительном материальном обеспечении граждан за особые заслуги перед Российской Федерацией».

Договором дарения признается такой договор, по которому одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п.1 ст.572 ГК).

В системе гражданско-правовых договоров договор дарения выделяется в отдельный тип договорных обязательств, благодаря наличию некоторых характерных признаков, позволяющих квалифицировать его в данном качестве. В числе таких признаков можно назвать следующие особые черты договора дарения.

— Основной квалифицирующий признак договора дарения, отличающий его от подавляющего большинства гражданско-правовых договоров, состоит в его безвозмездности. Как известно, гражданско-правовые отношения строятся на началах имущественной самостоятельности их участников и эквивалентности. Соотношение возмездных и безвозмездных договоров определяется законодательной презумпцией возмездности всякого гражданско-правового договора, выраженной нормой, согласно которой «договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное» (п.3 ст.423 ГК).

Договор дарения относится к безвозмездным договорам, по которым одна сторона предоставляет либо обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления. Наличие в системе гражданско-правовых обязательств безвозмездных договоров (договор дарения, договор ссуды) объясняется широким спектром побудительных мотивов действий участников имущественного оборота, которые вовсе не сводятся к обязательному извлечению выгоды из всякой сделки. Чаще всего намерение заключить договор дарения возникает под влиянием личных отношений, сложившихся между дарителем и одаряемым. Это может быть и чувство благодарности к одаряемому, симпатия и т.д. Сделки могут совершаться в том числе и из сострадания к попавшим в беду, из желания оказать помощь, просто материально поддержать кого-либо. В любом случае такие побудительные мотивы не имеют правового значения. Поэтому встречающийся иногда в юридической литературе взгляд на безвозмездные отношения в гражданском праве как на вынужденный «довесок» к «нормальным» имущественным отношениям, пронизанным насквозь меркантильными интересами их участников, представляется намеренно искусственным, примитивизирующим субъекты имущественного оборота (в особенности физических лиц).

Признак безвозмездности договора дарения означает, что даритель не получает никакого встречного предоставления со стороны одаряемого, более того, и не рассчитывает на это. «Наличие хотя и неравноценных, но взаимных непогашенных денежных обязательств у сторон свидетельствует о том, что их намерение простить долг друг другу не является разновидностью дарения».

Если по договору дарения предполагаются встречная передача вещи или права либо встречное обязательство со стороны одаряемого, то такой договор признается притворной сделкой и к нему применяются правила, предусмотренные п.2 ст.170 ГК (п.1 ст.572 ГК). В данной ситуации речь идет о нормах, относящихся к возмездной сделке, которую стороны действительно имели в виду. К нему в зависимости от конкретных условий должны применяться правила о договорах купли-продажи, мены и др.

Как и в российском дореволюционном гражданском праве, договор дарения не теряет своих качеств, если имеется встречное предоставление, которое носит чисто условный, либо символический характер (например, вручение дарителю одаряемым мелкой монетки за подаренные острый предмет или комнатное растение). При этом, важное значение, имеет осознание сторонами того факта, что встречное предоставление является именно данью традиции и не выполняет роль компенсации за полученное имущество. При отсутствии осознания условности и символического характера предоставления со стороны, одаряемого и, напротив, направленности воли сторон именно на компенсацию дара их правоотношения не могут рассматриваться в качестве договора дарения даже в том случае, когда встречное предоставление явно не эквивалентно полученному дару. Так, если какое-либо имущество реализуется его собственником по явно заниженной цене или покупается кем-либо по чрезмерно завышенной цене, указанные правоотношения, в силу отсутствия признака безвозмездности, не могут быть квалифицированы как договор дарения.

Не противоречит безвозмездному характеру дарения факт совершения впоследствии одаряемым дара в пользу дарителя, но по самостоятельному договору. При соглашении же о встречных имущественных предоставлениях налицо не договор дарения, а договор мены (ст.567 ГК) либо договор купли-продажи (ст.454 ГК), если эквивалент выражен в денежной сумме.

— Признаком дарения является увеличение имущества одаряемого. Объем имущества одаряемого увеличивается путем передачи ему дарителем вещи или имущественного права либо освобождения его от обязанности. В последнем случае уменьшается часть имущества одаряемого, составляющего его пассивы, что равносильно увеличению активов последнего. Данный признак позволяет отличать договор дарения от иных договоров, не предусматривающих, так же как и при дарении, встречного предоставления. Например, договор залога может быть заключен третьим лицом с кредитором должника в целях обеспечения обязательств последнего без какой-либо компенсации риска указанного третьего лица со стороны должника. Несмотря на очевидную выгоду для должника и безвозмездность отношений между должником и залогодержателем, такой договор не может рассматриваться в качестве дарения, поскольку он не увеличивает имущества должника.

— При дарении увеличение имущества одаряемого должно происходить за счет уменьшения имущества дарителя. И этот признак необходим для отграничения договора дарения от иных договоров и сделок, реализация которых сулит увеличение имущества лица, но не за счет уменьшения имущества оказывающего ему услугу другого лица. Такие правоотношения имеют место, в частности, по договору страхования, заключенному страхователем в пользу выгодоприобретателя, который при наступлении страхового случая, получая от страховщика страховое возмещение, увеличивает свое имущество, но не за счет уменьшения имущества страхователя. Аналогичная ситуация может возникнуть по договору поручения, не предусматривающему обязанность доверителя по выплате вознаграждения поверенному.

Уменьшение имущества одной стороны и одновременное увеличение имущества другой характерно и для ряда иных возмездных сделок (договоров аренды, перевозки, хранения). Принятие дарения означает согласие одаряемого на безвозмездное приобретение имущества, но такой акт (принятие) имеет место и в других способах приобретения имущества. Бесповоротность дарения в настоящее время не является абсолютной, так как возможен отказ от исполнения договора дарения и отмена дарения.

— Признаком договора дарения является также наличие у дарителя, передающего одаряемому, имущество либо освобождающего его от обязательств, намерения одарить последнего, т.е. увеличить имущество одаряемого за счет собственного имущества. При отсутствии такого намерения у «дарителя» договор, по которому производится передача имущества, даже при отсутствии в его тексте условий о цене указанного имущества и порядке его оплаты либо иного встречного предоставления, должен в соответствии с п.3 ст.423 ГК признаваться возмездным. Что же касается встречного предоставления, то его размер в этом случае определяется исходя из того, что если в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена из условий договора, исполнение такого договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги (п.3 ст.424 ГК).

Намерение одарить — правовая цель дарителя в сделке. Это — действительно юридически важный признак, который можно уточнить, как намерение передать дар в собственность безвозмездно.

— Дарение — это всегда двусторонняя сделка, т.е. для ее совершения необходима согласованная воля обеих участвующих в сделке сторон. Это означает, что для заключения договора дарения не достаточно желания одного лица передать в качестве дара вещь или имущественное право другому лицу. Одаряемый также совершенно определенно должен выразить свое согласие на принятие дара. Данный признак не всегда можно обнаружить в отношениях, связанных с дарением, особенно если договор дарения заключается по модели реального договора. В повседневной жизни на бытовом уровне каждый день совершается огромное число дарений без всяких видимых следов истребования согласия одаряемого на принятие подарка. Однако даже обыденные представления не исключают возможности отказа одаряемого от принятия подарка. Мотивами для такого отказа могут служить дороговизна подарка, испорченные отношения между дарителем и одаряемым, понимание одаряемым, что за подарком последуют просьбы дарителя совершить какие-либо нежелательные (для одаряемого) действия, и т.п.

— Договор дарения может быть как реальным, так и консенсуальным. Реальной называется сделка, для совершения которой наряду с достижением соглашения между сторонами одновременно требуется также передача имущества либо имущественного права. С точки зрения правовой природы возникающих при этом правоотношений значительный интерес представляет собой договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому.

По общему правилу реальный договор отличается от консенсуального договора, который считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям договора (формальный момент получение лицом, направившим оферту, ее акцепта), тем, что для заключения реального договора необходима также передача имущества, поэтому такой договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (п.1, 2 ст.433 ГК).

В этом смысле договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому, на первый взгляд также представляется реальным договором: отсутствует разрыв во времени между заключением договора и появлением права у одаряемого; передача имущества дарителем представляет собой не исполнение обязательства, а действие последнего по заключению договора дарения. Вместе с тем такой договор дарения обладает некоторыми специфическими чертами, отсутствующими у других реальных договоров. Во-первых, иные реальные договоры (рента, заем, хранение, перевозка) заключаются (путем передачи имущества) в том числе и на основе соглашений сторон, которые вступают в силу с момента передачи имущества. Для договора дарения такая возможность исключается: при наличии соглашения между дарителем и одаряемым мы имеем дело с консенсуальным договором обещания дарения.

Во-вторых, передача дарителем имущества в качестве дара одаряемому имеет своим результатом непосредственное возникновение у одаряемого права собственности на подаренное имущество. Иными словами, в отличие от всех других реальных договоров, по которым передача имущества означает не только заключение договора, но и возникновение обязательств сторон, заключение договора дарения не порождает никаких обязательственно — правовых отношений, а приводит к возникновению права собственности на подаренное имущество у одаряемого.

Договор дарения, заключаемый путем передачи дарителем имущества одаряемому, отличается от консенсуального договора обещания дарения не только по моменту его заключения, но и тем, что он вообще не порождает обязательств сторон и поэтому не может быть отнесен также и к реальным договорам. По своей правовой природе такой договор дарения представляет собой «договор — сделку», т.е. юридический факт, служащий основанием прекращения права собственности дарителя и возникновения права собственности у одаряемого на подаренное имущество. Пожалуй, единственная причина, по которой данный юридический факт признается не только основанием (способом) перехода права собственности, но и договором, состоит в необходимости для дарителя получить согласие одаряемого на передачу ему соответствующего дара. Все остальные качества гражданско-правового договора (договора — правоотношения и договора — документа) в данном случае не имеют места.

Отношение к договору дарения как к договору — сделке демонстрирует и законодатель. Из всех правил ГК, предназначенных для регулирования договора дарения, непосредственное отношение к договору, заключаемому путем передачи имущества одаряемому, имеют лишь следующие нормы:

— О признании договора дарения, предусматривающего встречное предоставление со стороны одаряемого, притворной сделкой (п.1 ст.572);

— О форме договора дарения и порядке его заключения, т.е. передачи дара (п.1 ст.574);

— О случаях запрещения и ограничения дарения (ст.575, 576);

— О последствиях причинения вреда одаряемому вследствие недостатков подаренной вещи (ст.580);

— Об отмене дарения (ст.578, 579).

Что касается иных норм, то они регулируют содержание договора дарения, порядок исполнения обязательств и отказа от исполнения договора дарения, вопросы правопреемства, т.е. имеют в качестве объекта правового регулирования договор дарения как правоотношение и предназначены исключительно для регламентации отношений, связанных с консенсуальным договором дарения (обещания дарения).

Таким образом, законодатель, понимая, что договор дарения, совершаемый путем передачи имущества одаряемому, не порождает обязательств и не обладает качествами договора — правоотношения, регулирует его именно как сделку (договор — сделку) без помощи норм, рассчитанных на определение содержания данного договора.

3. Элементы договора дарения

3.1 ПРЕДМЕТ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

Говоря о предмете договора дарения, не следует упускать из виду, что указанный договор, как и всякий гражданско-правовой договор на передачу имущества, имеет сложный предмет, состоящий из действий дарителя: передача дара, освобождение от обязанности, которые называют объектом первого рода или юридическим объектом, а также самого имущества (вещи, права, обязанности), которое обычно именуется объектом второго рода или материальным (применительно к вещи) объектом.

Предмет договора дарения может быть разбит на пять частей, каждая из которых имеет, в определенном смысле, самостоятельное значение.

1. Передача дарителем вещи в собственность одаряемого представляет собой наиболее типичный предмет договора дарения. Вещи (в том числе деньги и ценные бумаги) представляют собой предметы материального мира как в их естественном состоянии (например, дары природы), так и предметы, созданные трудом человека. Предметом договора дарения может быть как движимое имущество, так и недвижимость, находящиеся в свободном обращении. Совершение сделок в отношении вещей, ограниченных в обороте (огнестрельное оружие, летательные аппараты и другое), допускается после получения соответствующих разрешений. Заключение договора дарения в отношении вещей, изъятых из оборота (например, участок лесного фонда), не допускается. Договоры дарения, имеющие в качестве своего предмета указанные действия дарителя, отличаются от многих иных договоров, направленных на передачу имущества (аренда, ссуда, наем), тем, что вещь передается в собственность одаряемого, а от тех договоров из этой категории, которые, так же как и дарение, предусматривают передачу имущества в собственность контрагента (купля — продажа, мена, рента), — тем, что при дарении отчуждение имущества производится безвозмездно. При этом от договора беспроцентного займа договор дарения денег отличается тем, что подаренные одаряемому деньги не подлежат возврату дарителю.

Среди вещей выделяют обычные подарки до пяти минимальных размеров оплаты труда (п.2 ст.574, 575 ГК) и обычные подарки небольшой стоимости (п.1 ст.576, 579 ГК). Такие подарки имеют особый режим: в отношении их не действуют правила о запрещении дарения между определенными дарителями и одаряемыми; к ним не применяются правила об отказе от исполнения договора дарения и об отмене дарения; договор дарения подарков до пяти минимальных размеров оплаты труда с дарителем юридическим лицом может быть заключен устно.

2. Передача одаряемому имущественного права (требования) дарителем к «самому себе». В юридической литературе отмечалось, что сфера действия договора дарения с таким предметом в основном сводится к установлению названного права. Кроме того, рассматривая характерные черты подобного договора, А.Л. Маковский подчеркивает, что «под этот случай дарения не подпадает требование к дарителю, предоставляемое посредством передачи одаряемому ценной бумаги (например, выдачи простого векселя)»; кроме того, «не могут вообще рассматриваться в качестве дарения договоры о безвозмездном предоставлении другой стороне прав ссудополучателя, хранителя, доверителя или учредителя доверительного управления, т.к. соответствующие отношения урегулированы в ГК как отношения по иным, самостоятельным договорам. ».

По договору дарения, предусматривающему передачу одаряемому имущественного права (требования) дарителем к самому себе, могут передаваться не только обязательственные права, но и отдельные вещные права.

Например, в соответствии с п.3 ст.552 ГК продажа недвижимости, находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, допускается без согласия собственника этого участка, если это не противоречит условиям пользования таким участком, установленным законом или договором. При продаже такой недвижимости покупатель приобретает право пользования соответствующей частью земельного участка на тех же условиях, что и продавец недвижимости. Причем, если иное не установлено законом или договором, предусмотренная договором цена недвижимого имущества, находящегося на земельном участке, включает цену права на соответствующую часть земельного участка (п.2 ст.555 ГК). Если стороны договорятся о том, что они не включают в цену объекта недвижимости цену права на земельный участок (скажем, права бессрочного пользования), при явном намерении лица, выступающего в роли продавца объекта недвижимости, тем самым одарить покупателя объекта недвижимости, налицо все необходимые признаки дарения права (в том числе и вещного) на соответствующий земельный участок.

3. Передача одаряемому принадлежащего дарителю имущественного права (требования) к третьему лицу осуществляется посредством безвозмездной уступки соответствующего права (требования) одаряемому при условии соблюдения правил, регулирующих цессию (п.3 ст.576 ГК). Следовательно, по такому договору дарения не могут быть переданы права, неразрывно связанные с личностью кредитора (дарителя), в частности требования об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью (ст.383 ГК), а также права по обязательству, в котором личность кредитора (дарителя) имеет существенное значение для должника (п.2 ст.388 ГК). Не подлежат передаче по такому договору дарения также права по ценным бумагам в документарной форме, которые относятся к вещам и поэтому могут передаваться в качестве дара как вещи, что составляет самостоятельный предмет договора дарения (передача вещи в собственность одаряемого).

Остальные права, вытекающие как из договорных, так и из внедоговорных обязательств, могут передаваться по договору дарения, предусматривающему передачу одаряемому принадлежащего дарителю имущественного права (требования) к третьему лицу.

Особую проблему представляет вопрос о том, следует ли квалифицировать как договор дарения всякую безвозмездную сделку уступки требования по обязательству. Данный вопрос приобретает особо актуальное значение в случаях, когда речь идет о сделках уступки требования, совершаемых между коммерческими организациями по обязательствам, связанным с их предпринимательской деятельностью, поскольку, как известно, дарение между коммерческими организациями запрещено законом (п.4 ст.575 ГК).

В соответствии с п.1 ст.388 ГК уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. В соответствии с законом (п.4 ст.575 ГК) не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда, в отношениях между коммерческими организациями. Договор дарения может совершаться, в том числе и путем передачи одаряемому права требования к третьему лицу, осуществляемой с соблюдением правил, установленных в отношении уступки требований по обязательствам (п.3 ст.576 ГК).

Вместе с тем соглашение об уступке прав, не предусматривающее встречного предоставления цеденту со стороны цессионария, может быть признано договором дарения лишь в том случае, если оно содержит ясно выраженное намерение цедента совершить безвозмездную передачу соответствующего права цессионарию (п.2 ст.572 ГК). При этом под безвозмездностью передачи права требования понимается отсутствие какой-либо причинной обусловленности такой передачи права, вытекающей в том числе и из других взаимоотношений сторон по иным сделкам и обязательствам.

Существуют такие соглашения, которые не подпадают под признаки ни договора купли-продажи, ни договора дарения, любого иного предусмотренного законом договора. Например, право требования может передаваться в зачет своего долга перед лицом, которому передается такое право. То есть одно обязательство, которое имеется между предполагаемыми цедентом и цессионарием, заменяется другим с иным предметом исполнения (новация).

Отсутствие в соглашении об уступке прав требования, заключенном между коммерческими организациями, условий об оплате цессионарием получаемого права либо об ином встречном предоставлении само по себе не может служить основанием для признания указанного соглашения договором дарения. Напротив, «гражданское законодательство исходит из презумпции возмездности договора (п.3 ст.423 ГК). Поэтому договор является дарением только в том случае, если договор содержит явно выраженное намерение совершить безвозмездную передачу вещи или судом будет установлено такое намерение», либо, как в данном случае, когда заинтересованным лицом будет доказано отсутствие какой-либо причинной обусловленности безвозмездной уступки права.

Таким образом, если стороны оформили соглашение об уступке права требования, то на эту сделку не распространяются правила об отмене дарения, ограничении дара, отказе от исполнения и др. Но если стороны заключили договор о передаче в дар имущественного права требования дарителя к третьему лицу, то соблюдаются правила об объеме переходящего права, возражениях должника против требования нового кредитора, согласии должника в определенных случаях и др.

4. Освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед дарителем. В данном случае нельзя говорить о том, что прощение долга всегда является договором дарения. Прощение долга является основанием прекращения обязательства. В соответствии со ст.415 ГК («Прощение долга») обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Именно в таком качестве (как основание прекращения обязательства, а не договор дарения) прощение долга часто используется в имущественном обороте, участники которого нередко путем прощения долга прекращают взаимные обязательства по различным договорам. Прощение долга используется также при сверке расчетов, составлении мировых соглашений с учетом целого ряда различных обязательств, имеющихся между сторонами. В связи с этим признание всякого прощения долга договором дарения способно дестабилизировать имущественный оборот и повлечь за собой иные серьезные негативные последствия.

Соглашение о прощении долга может быть квалифицировано как договор дарения только в том случае, когда в нем положительно решен вопрос о безвозмездности действий кредитора по освобождению должника от возложенных на него обязательств и при явном намерении кредитора одарить должника без всякого встречного предоставления в рамках всех взаимоотношений сторон. И здесь, как в случае с уступкой требования, необходимо исходить из презумпции возмездности прощения долга.

Договор дарения отличается от прощения долга тем, что дарение всегда совершается на основании соглашения двух лиц, а прощение долга представляет собой одностороннюю сделку, для совершения которой достаточно волеизъявления одной стороны.

5. Освобождение одаряемого от его имущественной обязанности перед третьим лицом возможно путем исполнения дарителем обязательства за являющегося в нем должником одаряемого перед кредитором по такому обязательству. Речь идет о применении специальной конструкции исполнения обязательства путем возложения его исполнения на третье лицо (п.1 ст.313 ГК), поскольку только в этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, не являющимся стороной в обязательстве.

Другой вариант договора дарения путем освобождения одаряемого от его имущественной обязанности перед третьим лицом состоит в том, что даритель занимает место должника в обязательстве, освобождая тем самым от него одаряемого. Замена участника обязательства на стороне должника осуществляется с помощью перевода долга; перевод долга допускается лишь с согласия кредитора (ст.391 ГК). В данном случае основанием освобождения одаряемого от его обязанности перед третьим лицом (кредитором) служит не фактическое ее исполнение дарителем, а то обстоятельство, что одаряемый выбывает, благодаря дарителю, из соответствующего обязательства.

Даритель может исполнить (или пообещать исполнить) эту обязанность при наличии двух условий:

1) Если по условиям обязательства и в соответствии с требованиями нормативных актов одаряемый не должен произвести исполнение лично;

2) Кредитор одаряемого согласен принять исполнение от другого лица (если получение такого согласия в силу закона является обязательным).

Необходимо отметить, что и в этом случае для того чтобы соответствующие действия лица, освобождающего должника от обязательства перед третьим лицом, были признаны дарением, требуется наличие всех признаков договора дарения, и прежде всего безвозмездности и намерения дарителя именно освободить должника от его обязанностей в качестве дара последнему.

3.2 ФОРМА И СОДЕРЖАНИЕ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

При заключении любого договора необходимо четко следовать предписаниям закона относительно формы сделки. В противном случае это может повлечь такие неблагоприятные последствия, как признание сделки недействительной.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (п.2 ст.434 ГК). Если в указанных случаях договор дарения будет совершен устно, то он в силу п.2 ст.574 ГК будет считаться ничтожным. Такой договор не влечет возникновение прав и обязанностей у сторон. По желанию сторон любой письменный договор дарения может быть также нотариально удостоверен, хотя закон не вменяет это в обязанность лиц, участвующих в сделке.

Свидетельством заключения договора дарения, сопровождаемого передачей дара одаряемому, могут служить: вручение последнему дара, правоустанавливающих документов, символическая передача дара (вручение ключей и т.п.).

Договор обещания дарения под страхом его недействительности должен быть заключен в письменной форме.

Если предметом договора дарения являются передача одаряемому права (требования) либо освобождение его от обязанности перед третьим лицом, то требования к форме такого договора подчиняются правилам, определяющим форму сделок уступки требования и перевода долга (ст.389, 391 ГК). В частности, уступка требования и перевод долга, основанные на сделках, совершенных в простой письменной или нотариальной форме, должны быть совершены в соответствующей письменной (простой или нотариальной) форме. Уступка требования и перевод долга по сделкам, подлежащим государственной регистрации, должны быть зарегистрированы в порядке, установленном для регистрации соответствующих сделок.

Только юридических лиц – дарителей, касается требование закона по поводу обязательного облечения договора дарения движимого имущества в письменную форму (п.2 ст.574 ГК). Особое правило, относящееся к юридическим лицам, сформулировано в ст.576 ГК об ограничении дарения.

Специальное указание в законе (ст.582 ГК) имеется и относительно выступления в качестве одаряемых государства и других субъектов гражданского права, названных в ст.124 ГК.

О содержании договора дарения (правах и обязанностях сторон) можно говорить лишь применительно к договору обещания дарения. Что касается договора дарения, совершаемого путем передачи подаренного имущества одаряемому, то он представляет собой договор — сделку, т.е. юридический факт, порождающий право собственности на подаренное имущество у одаряемого и соответственно прекращающий право собственности дарителя; договорная природа такого дарения выражается лишь в том, что передача одаряемому подаренного имущества требует согласия последнего на принятие дара; впрочем, такое согласие предполагается.

3.3 СУБЪЕКТЫ ДОГОВОРА ДАРЕНИЯ

Как уже отмечалось, сторонами по договору дарения являются даритель и одаряемый. Закон не устанавливает для кого-либо из субъектов гражданско-правовых отношений запретов на участие в договоре дарения. Следовательно, в качестве сторон по договору дарения могут выступать все субъекты гражданского права:

— Граждане (в том числе граждане РФ, иностранные граждане, лица без гражданства),

— Юридические лица, РФ, субъекты РФ, муниципальные образования. Законодательство ограничений на участие в договоре дарения государства, в качестве одаряемого не предусматривает, следовательно, должен действовать принцип распространения на государство при его участии в имущественном обороте положений о юридических лицах. Иначе придется любые ситуации, когда руководители различных государств на официальных дипломатических встречах обмениваются подарками, квалифицировать как пожертвования в пользу соответствующих государств. Кроме того, не следует забывать, что ГК не рассматривает в качестве пожертвования действия дарителя, по освобождению одаряемого от его обязательств, однако нет никаких оснований не допускать возможности такого дара в адрес государства.

Граждане как субъекты договора дарения должны обладать гражданско-правовой дееспособностью. Однако в данном случае речь идет не о полной (по общему правилу наступает с достижением совершеннолетия), а о достаточной (частичной) дееспособности. В силу п.2 ч.2 ст.28 ГК малолетние (т.е. дети от 6 до 14 лет) уже вправе выступать в качестве одаряемых в договоре дарения, поскольку им предоставлено право самостоятельно совершать сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения и государственной регистрации. С 14 лет несовершеннолетние получают возможность выступать в договоре дарения в качестве дарителя в пределах заработка, стипендии и иных получаемых ими доходов. Во всех остальных случаях:

— За малолетних и от их имени в договоре дарения участвуют их законные представители — родители, усыновители, опекуны;

— Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет заключают договор дарения самостоятельно, однако с предварительного письменного согласия своих законных представителей — родителей, усыновителей или попечителя.

За граждан, признанных судом недееспособными (вследствие психического расстройства, которое не позволяет понимать значение своих действий и руководить ими), все сделки, в том числе и договор дарения, совершают их законные представители — опекуны (ст.29 ГК). Лица, признанные в судебном порядке ограниченно дееспособными (вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами), вправе совершать все сделки с предварительного согласия попечителя.

Закон не предъявляет каких-то особых требований к юридическим лицам, государственным и муниципальным образованиям для участия в договоре дарения. Однако в некоторых случаях на них (как и на граждан) распространяются установленные законом запреты и границы дарения.

Особенность договора дарения применительно к его субъектному составу состоит в том, что в отношении некоторых субъектов гражданского права законодательством установлены запрещения и ограничения на участие в отношениях, связанных с дарением (ст.575, 576 ГК).

1. Запрещение дарения (в качестве дарителей) установлено в отношении законных представителей малолетних граждан и граждан, признанных недееспособными (от имени последних). Как известно, по общему правилу законные представители малолетних (родители, усыновители или опекуны), а также опекуны граждан, признанных судом недееспособными, могут совершать от их имени гражданско-правовые сделки. Однако договор дарения отличается той особенностью, что он имеет своим результатом уменьшение имущества соответственно малолетних и признанных недееспособными граждан без всякой компенсации. Данное обстоятельство побудило законодателя изъять из круга сделок, совершаемых законными представителями указанных лиц, договоры дарения. Исключение составляют случаи дарения обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда (такие сделки могут совершаться законными представителями малолетних и недееспособных граждан от имени последних), а также договоры дарения, охватываемые понятием «мелкие бытовые сделки» (такие сделки могут совершаться малолетними в возрасте от 6 до 14 лет самостоятельно).

Закон не предусматривает запрещения дарения в отношении малолетних и недееспособных граждан (в том числе через их законных представителей) в качестве одаряемых. Если одаряемыми в данном случае выступают малолетние в возрасте от 6 до 14 лет, то такие договоры дарения относятся к числу сделок, направленных на безвозмездное получение выгоды, которые, если они не требуют нотариального удостоверения или государственной регистрации, могут совершаться указанными лицами самостоятельно (п.2 ст.28 ГК).

2. Не допускается дарение работникам социальной сферы — лечебных, воспитательных учреждений, учреждений социальной защиты и других аналогичных учреждений — гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, супругами и родственниками этих граждан, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда.

Работниками указанных учреждений будут являться лица, выполняющие определенную трудовую функцию на основании трудового договора, заключенного между таким учреждением и гражданином.

Запрет на дарение работникам лечебных, воспитательных учреждений, учреждений социальной защиты гражданами, находящимися в них на лечении, содержании или воспитании, а также супругами и родственниками этих граждан обусловлен, прежде всего, морально-этическими соображениями, а также недопустимостью превращения подарка во взятку.

3. Такой же запрет (с соответствующим изъятием) действует в отношении подарков государственным служащим и служащим органов муниципальных образований в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей.

Закон подчеркивает, что запрещается дарение указанным лицам именно в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей. Это означает, что не допускается передача государственным служащим или служащим органов муниципальных образований подарков в качестве, например, благодарности за совершение ими действий, вытекающих из их должностного положения или служебных обязанностей, либо когда дарение преследует цель побудить указанных лиц к совершению тех или иных действий, принятию тех или иных решений. Сказанное, однако, не означает, что граждане, являющиеся государственными или муниципальными служащими, вообще не могут выступать в качестве одаряемых по договору дарения. Установленный запрет не касается тех случаев, когда дарение вызвано причинами, не связанными с их служебной деятельностью. Например, не будет являться нарушением ч.3 ст.575 ГК получение в подарок дорогих часов в качестве благодарности от родителей ребенка, который был спасен от утопления.

Цель рассматриваемой нормы — недопущение превращения дара во взятки. Однако в силу неудачной конструкции нормы данная цель не может быть достигнута. Норма, содержащаяся в ч.3 ст.575 ГК, содержит запрет на дарение подарков, стоимость которых превышает 5 установленных законом минимальных размеров оплаты труда, но разрешает получение государственными служащими и служащими муниципальных образований обычных подарков. При этом, как следует из содержания рассматриваемой статьи, допускается вручение обычных подарков именно в связи с должностным положением указанных лиц или исполнением ими своих служебных обязанностей. Между тем ст.290 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за получение, а ст.291 — за дачу взятки. Получением взятки признается получение должностным лицом взятки в виде денег, ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера за действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо оно в силу должностного положения может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе. Таким образом, норма ч.3 ст.575 ГК фактически декриминализует предусмотренные ст.290 и 291 УК РФ деяния — получение и дачу взятки, если ею является обычный подарок. Статья 575 ГК рассматривает дарение такого подарка государственному или муниципальному служащему как правомерное действие, т.е. исключает его преступность.

Ситуация усугубляется тем, что не исключается возможность неоднократной передачи должностному лицу таких обычных подарков в связи с его служебной деятельностью. В этом случае такая, казалось бы, небольшая стоимость подарка, как 500 рублей, может в совокупности составить значительную сумму. При этом как однократное, так и неоднократное совершение правомерных (в силу ч.3 ст.575 ГК) действий не может образовывать объективную сторону состава преступления. Этим практически снимается какой-либо верхний предел совокупного размера взяток в виде обычных подарков. Очевидно, что в связи с вышеизложенным норма, содержащаяся в ч.3 ст.575 ГК РФ, требует коррекции.

4. Не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает 5 установленных законом минимальных размеров оплаты труда, в отношениях между коммерческими организациями.

В гражданском праве действует презумпция возмездности всякого гражданско-правового договора, поэтому для квалификации сделки между коммерческими организациями (уступка прав требования, перевод и прощение долга и т.п.) как дарения необходимо, чтобы встречное предоставление отсутствовало в обязательствах и сделках соответствующих контрагентов, а не только при совершении конкретной сделки, а также, чтобы из сделки, в положительном смысле, вытекало бы, что она является безвозмездной при явном намерении одной из сторон увеличить имущество контрагента за счет уменьшения своего собственного имущества.

Что же касается истинного дарения между коммерческими организациями, то его запрещение является совершенно оправданным.

Перечень случаев, на которые распространяется запрет дарения, указанный в ст.575 ГК, является исчерпывающим.

5. Определенные ограничения дарения предусмотрены в отношении юридических лиц, которым имущество, являющееся объектом дарения, принадлежит на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. К юридическим лицам, попадающим под действие указанной нормы, согласно ст.113 ГК относятся государственные и муниципальные унитарные предприятия, казенные предприятия, а также учреждения. Такие предприятия не обладают правом собственности на закрепленное за ними имущество. Именно этим обстоятельством обусловлено установление ограничения на участие указанных юридических лиц в договорах дарения в качестве дарителей. Следует обратить внимание, что запрет на дарение имущества, находящегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении, без согласия собственника не категоричен. Об этом свидетельствует оговорка, содержащаяся в п.1 ст.576 ГК: «Если законом не предусмотрено иное». Данное ограничение дарения в известном смысле корреспондирует нормам, определяющим правовое положение субъектов права хозяйственного ведения или оперативного управления в части их правомочий по распоряжению закрепленным за ними имуществом (ст.295, 298 ГК). Правда, нельзя не обратить внимания на то, что ограничения для указанных субъектов в отношении дарения являются более жесткими, нежели в отношении иных форм распоряжения имуществом. Например, для совершения иных возмездных сделок с имуществом субъект хозяйственного ведения должен испросить согласие собственника только в том случае, когда объектом таких сделок является недвижимость; остальным имуществом он распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами (п.2 ст.295 ГК). Совершение дарения имущества (и недвижимого, и движимого) как раз и являет собой такое исключение, установленное законом, когда требуется получить согласие собственника имущества.

Сложнее решается вопрос с ограничением дарения в отношении субъектов права оперативного управления. С одной стороны, действует норма, устанавливающая абсолютный запрет учреждениям отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ними имуществом и имуществом, приобретенным последними за счет средств, выделенных им по смете (п.1 ст.298 ГК). С другой стороны, в отношении учреждений, которым в соответствии с их учредительными документами предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, предусмотрено, что доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения (не требующее согласия собственника) (п.2 ст.298 ГК). В первом случае возникает вопрос, вправе ли учреждения с согласия собственника совершать дарение имущества, закрепленного за ними либо приобретенного за счет денежных средств, выделенных им по смете. Во втором случае неясно, требуется ли учреждению согласие собственника на передачу одаряемому в качестве дара по договору дарения имущества, приобретенного на доходы, полученные от разрешенной предпринимательской деятельности.

Что касается имущества, приобретенного учреждением, которому разрешена предпринимательская деятельность, за счет доходов от такой деятельности, то «наиболее ограничительным вариантом» в данной ситуации является признание за учреждением права дарения указанного имущества при условии получения согласия на то собственника имущества учреждения.

Содержание п.1 ст.576 ГК полностью согласовывается с положениями иных статей закона:

— Согласно ст.295 ГК собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, осуществляет контроль за использованием такого имущества по назначению и его сохранностью. Предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника. Остальным имуществом, принадлежащим предприятию, оно распоряжается самостоятельно, за исключением случаев, установленных законом или иными правовыми актами. Как раз таким случаем является правило об участии в договоре дарения на стороне дарителя только с согласия собственника имущества. Данное правило относится как к дарению движимого имущества, так и к дарению недвижимости;

— Согласно ст.297 ГК казенное предприятие (унитарное предприятие, основанное на праве оперативного управления) вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия собственника этого имущества;

— Согласно ст.298 ГК учреждение, имущество которого принадлежит ему на праве оперативного управления, не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом, а также имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете.

Здесь же хочется отметить, что передача вещи в дар юридическому лицу — не собственнику, влечет появление у него лишь соответствующего ограниченного вещного права (хозяйственного ведения или оперативного управления) на данную вещь. Право собственности на нее возникает у учредителя юридического лица.

Пункт 1 ст.576 ГК содержит оговорку, согласно которой ограничение дарения юридическими лицами, которым вещь принадлежит на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, не распространяется на обычные подарки небольшой стоимости (не превышающей 5 минимальных размеров оплаты труда).

6. Определенные ограничения дарения предусмотрены в отношении субъекта права общей совместной собственности. Различают два вида общей собственности: совместную и долевую (п.2 ст.244 ГК). Следует обратить внимание, что установленное ограничение касается только имущества, находящегося в общей совместной собственности, когда не определен размер долей каждого из ее участников. Дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, регулирующих порядок распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности (п.2 ст.576 ГК).

И здесь возникает вопрос о соотношении положения, содержащегося в п.2 ст.576 ГК (о том, что для дарения имущества из общей совместной собственности требуется согласие всех участников общей совместной собственности), и общих положений, касающихся порядка распоряжения таким имуществом (ст.253 ГК). Указанные общие положения говорят о том, что при распоряжении имуществом, находящимся в совместной собственности, согласие всех участников общей совместной собственности независимо от того, кем из них совершается сделка, предполагается. Означает ли это, что, например, один из супругов или один из участников крестьянского (фермерского) хозяйства могут подарить одаряемому имущество, находящееся в общей совместной собственности, не спрашивая специально согласия остальных участников общей совместной собственности (соответственно другого супруга или иных членов крестьянского (фермерского) хозяйства), поскольку такое согласие предполагается? Или всякий раз необходимо в положительном смысле решать вопрос о получении согласия остальных участников общей совместной собственности на совершение договора дарения?

Исходя из необходимости, решать этот вопрос «по наиболее ограничительному варианту», следует признать, что для дарения имущества, находящегося в общей совместной собственности, необходимо положительно выраженное согласие каждого ее участника.

7. Пункты 3 и 4 ст.576 ГК предусматривают ограничения дарения, связанного с осуществлением обязательственных требований (дарение принадлежащего дарителю права требования к третьему лицу и дарение посредством исполнения за одаряемого его обязанности перед третьим лицом), и потому регулируются нормами гл.24 ГК «Перемена лиц в обязательстве» — о переходе прав кредитора к другому лицу и о переводе долга, а также гл.22 «Исполнение обязательств» — об исполнении обязательства третьим лицом.

Прежде всего, надо отметить, что дарение принадлежащего дарителю права требования к третьему лицу представляет собой не что иное, как уступку требования. При этом необходимо помнить, что дарение имущественных прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

По общему правилу для перехода к одаряемому прав кредитора согласия должника (третьего лица) не требуется. Предполагается, что ему безразлично, кому произвести исполнение. Однако получение такого согласия является обязательным в тех случаях, когда личность кредитора имеет существенное значение для должника. Вопрос о существенном значении личности кредитора для должника определяется в зависимости от взаимоотношений сторон в конкретном обязательстве.

Должник должен быть письменно извещен о переходе прав кредитора к одаряемому, чтобы он мог произвести исполнение надлежащему лицу. В противном случае на нового кредитора ложится риск вызванных этим неблагоприятных последствий, поскольку исполнение обязательства первоначальному кредитору будет признано исполнением надлежащему кредитору. Одаряемому придется предпринять определенные усилия для восстановления своих прав по договору дарения. Закон не вменяет уведомление должника о переходе прав кредитора к другому лицу в обязанность кого-либо из сторон по сделке. Очевидно, что об этом целесообразно позаботиться одаряемому ввиду возможности возникновения неблагоприятных для него обстоятельств.

Если иное не предусмотрено договором дарения, требование дарителя к третьему лицу переходит к одаряемому в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту заключения договора. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (ст.384 ГК). Однако в это правило можно внести изменение. Например, стороны могут договориться о передаче не всего объема прав требований, а лишь его части. Также действует правило, что никто не может передать больший объем прав, чем имеет сам.

Для надлежащего исполнения обязательства должник должен удостовериться в том, что лицо, которое требует от него исполнения, является надлежащим кредитором. Поэтому должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до представления ему доказательств перехода требования к этому лицу (п.1 ст.385 ГК). Таким доказательством служит договор дарения, а также документы, подтверждающие наличие права требования к должнику у первоначального кредитора — дарителя, который обязан передать такие документы одаряемому при заключении договора. Даритель также должен сообщить одаряемому все сведения, имеющие значение для осуществления требования.

Особые требования установлены для формы договора дарения имущественного права. Помимо общих правил, касающихся формы договора дарения, он должен соответствовать форме сделки, на которой основано возникновение требования у дарителя:

— Уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме;

— Уступка требования по сделке, требующей государственной регистрации, должна быть зарегистрирована в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом;

— Уступка требования по ордерной ценной бумаге совершается путем индоссамента на этой ценной бумаге (п.3 ст.389 ГК).

Если предметом дарения является освобождение одаряемого от обязанности перед третьим лицом, то при этом должны быть соблюдены правила, установленные ст.313 ГК, которая гласит: исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Как указано, обязанность должника исполнить обязательство лично может следовать из требований нормативных правовых актов. В качестве примера можно привести ст.895 ГК, которая запрещает передавать вещь на хранение третьему лицу. Таким образом, даритель не может освободить одаряемого от обязанностей хранителя по договору хранения.

Обязанность должника исполнить обязательство лично может вытекать из существа обязательства. Здесь надо иметь в виду, что допустимость передачи исполнения зависит от характера действий, составляющих его предмет. В частности, должник не может передать исполнение третьему лицу в случаях, когда обязательство носит творческий характер. Также в силу существа обязательства недопустима, например, передача выполнения работы квалифицированным мастером, которому заказчик доверил выполнение индивидуального заказа, не обладающему соответствующей квалификацией лицу. Освобождение должника от подобных обязанностей в результате заключения договора дарения не допускается.

Если предметом договора является перевод дарителем на себя долга одаряемого перед третьим лицом, то он должен осуществляться с соблюдением правил, предусмотренных ст.391 и 392 ГК.

Принятие дарителем на себя долга одаряемого допускается лишь с согласия кредитора. В соответствии со ст.391 ГК личность должника имеет большое значение для кредитора, который, вступая в договор, учитывал его имущественное положение, обязательность и другие качества. Поэтому п.1 ст.391 ГК категорически связывает законность перевода долга с получением согласия кредитора. Перевод одаряемым своего долга на дарителя без согласия кредитора является ничтожной сделкой и не влечет юридических последствий.

Даритель вправе выдвигать против требования кредитора возражения, основанные на отношениях между кредитором и первоначальным должником — одаряемым (ст.386 ГК).

Договор дарения, предусматривающий обязанность дарителя выплатить долг за одаряемого, должен иметь ту же форму, что и обязательство, из которого вытекает соответствующая обязанность одаряемого.

8. Также в ст.576 ГК содержится указание на некоторые дополнительные условия, которые в рамках данной статьи рассматриваются в качестве ограничения дарения. Их соблюдение требуется при совершении дарения не самим дарителем, а его представителем по доверенности. В этом случае полномочия представителя на совершение дарения, обозначенные в доверенности, должны носить не общий, а конкретный характер: в доверенности должны быть указаны конкретный предмет дарения и конкретный одаряемый. Отсутствие в доверенности необходимых сведений означает ничтожность самой доверенности и тем самым недействительность дарения. Так, в доверенности, предусматривающей наряду с правом представлять интересы доверителя в различных организациях, содержалось право распоряжаться долями (акциями) в уставном капитале общества, в том числе совершать сделки по отчуждению: продавать, отдавать в залог и уступать доли и т.д. Заключив по этой доверенности договор уступки доли, в котором не содержалась обязанность стороны по оплате уступленной доли, суд признал, что договор является договором дарения и заключен от имени дарителя неуполномоченным лицом, поскольку в доверенности не был назван одаряемый и не указан предмет дарения, а значит она ничтожна п.5 ст.576 ГК.

Статья 581 ГК устанавливает правила правопреемства при обещании дарения. Согласно ей, права одаряемого, которому по договору дарения обещан дар, не переходят к его наследникам (правопреемникам), если иное не предусмотрено договором дарения, а обязанности дарителя, обещавшего дарение, переходят к его наследникам (правопреемникам), если иное не предусмотрено договором дарения. Содержащиеся в статье правила относятся к консенсуальным договорам. Вместе с тем они являются диспозитивными, поскольку допускают иное решение вопросов по конкретному договору, в котором чаще всего одной стороной выступает гражданин. Недопущение в принципе перехода прав одаряемого и допустимость перехода обязанностей дарителя к его наследникам, другим правопреемникам объясняется, видимо, тем, что отношения сторон обычно строятся на личностной основе.

3.4 ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН

Реальный договор дарения, как правило, не порождает никаких обязательственных отношений. Хотя в ст.25 Федерального закона от 26.05.1996 года №54-ФЗ «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» говорится, что при совершении сделок дарения в отношении музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав негосударственной части Музейного фонда Российской Федерации, получатель дара обязан принимать на себя все обязательства в отношении этих предметов, имевшиеся у дарителя. Однако далее имеет смысл говорить лишь об обязательстве, возникающем из консенсуального договора дарения.

Главной обязанностью дарителя по договору обещания дарения является передача дара. Если предметом договора является вещь, то ее передача одаряемому может осуществляться посредством вручения, символической передачи либо вручения правоустанавливающих документов (абз.2 п.1 ст.574 ГК). Передача дара в виде имущественного права в отношении третьего лица обычно производится путем вручения документов, фиксирующих основания возникновения этого права. Единственным основанием возникновения права в отношении самого дарителя является договор дарения. В этом случае переход права на одаряемого обычно происходит автоматически в силу истечения согласованного сторонами срока или по наступлении согласованного отлагательного условия. Передача дара в виде освобождения от обязанности требует от дарителя совершения определенных действий, например получения согласия кредитора одаряемого на перевод долга или исполнения обязанности за одаряемого (в случае возложения исполнения).

Обязанности дарителя по консенсуальному договору дарения переходят к его правопреемникам, если иное не предусмотрено договором (п.2 ст.581 ГК). В отношении пожертвования это правило не действует (п.6 ст.582 ГК).

Право отказа от исполнения консенсуального договора дарения – одно из важнейших прав дарителя, закрепленное ст.577 ГК. Даритель может воспользоваться этим правом в двух случаях:

1) Если после заключения договора его имущественное, семейное положение, либо состояние здоровья изменились настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни;

2) Если одаряемый совершил покушение на жизнь дарителя, члена его семьи или близкого родственника, либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения.

Отказ дарителя от исполнения договора дарения невозможен применительно к обычным подаркам небольшой стоимости (ст.579 ГК). За этим единственным исключением отказ дарителя от исполнения договора по вышеуказанным основаниям является действием правомерным, а потому не дает одаряемому права на возмещение убытков (п.3 ст.577 ГК).

Право одаряемого на получение дара логически вытекает из самого предмета договора дарения. Его содержание определяется содержанием соответствующей обязанности дарителя. Если предметом дарения является индивидуально-определенная вещь, то в случае неисполнения обязательства дарителем одаряемый приобретает право требовать отобрания этой вещи у дарителя (с соблюдением правил ст.398 ГК). Если же предмет дарения – вещь, определяемая родовыми признаками, то право на получение дара может сузиться до права на возмещение убытков (п.2 ст.396 ГК).

Право отказа от принятия дара закреплено за одаряемым в п.1 ст.573 ГК. Это право может быть осуществлено в любой момент до передачи дара и даже не обусловлено наличием каких-либо уважительных причин. Одаряемый вправе отказаться от дара вообще без указания мотивов (если соблюдены формальные требования, предусмотренные п.2 ст.573 ГК).

Отсюда можно сделать вывод о том, что принятие дара не является обязанностью одаряемого лица. Противоположная точка зрения не находит подтверждения в ГК. Если бы принятие дара было обязанностью одаряемого, ее неисполнение давало бы дарителю право требовать возмещения убытков во всех случаях, а не только применительно к письменным договорам (п.3 ст.573 ГК). Договорное условие о принятии дара устанавливает не обязанность одаряемого, характеризует обязанность дарителя по передаче дара, которая не может быть выполнена, пока дар одаряемым не принят. В этом смысле принятие дара – обязательное условие состоявшейся передачи дара.

Права одаряемого в обычном консенсуальном договоре дарения, по общему правилу, не переходят к его правопреемникам (если иное не предусмотрено договором – п.1 ст.581 ГК). Напротив, в договорах пожертвования, как правило, имеет место правопреемство (п.6 ст.582 ГК).

Существование обязанностей на стороне одаряемого лица – явление довольно редкое для обычного дарения. Практически оно ограничивается немногими случаями дарения, связанного с обременением передаваемого имущества в пользу самого дарителя. Но в договорах пожертвования обязанность одаряемого по использованию имущества в общеполезных целях присутствует всегда. В договоре пожертвования гражданину эта обязанность трансформируется в обязанность использования дара по конкретному назначению, указанному дарителем. Аналогичная обязанность может возлагаться и на одаряемое юридическое лицо (изменение конкретных способов использования пожертвованного имущества допускается лишь с согласия жертвователя, а если он перестал существовать – то только по решению суда (п.4 ст.582 ГК)). В этом случае оно должно вести обособленный учет всех операций по использованию пожертвованного имущества (абз.2, п.3 ст.582 ГК), что обеспечивает возможность финансового контроля за его использованием.

Установление обязанности по использованию имущества в общеполезных целях серьезно ограничивает права одаряемого в отношении этого имущества. Так, отчуждение имущества, обремененного обязанностью его использования в общеполезных целях, возможно только при условии, что его приобретатель примет на себя исполнение соответствующих обязанностей. Пользование таким имуществом в собственных интересах одаряемого возможно лишь в той мере, в какой это не препятствует его использованию в общеполезных целях. Последнее правило не соблюдается, если предложение обращено к неопределенному кругу лиц и в собранных средствах нельзя выделить имущество конкретных жертвователей.

Дарение является одним из старейших договоров гражданского права. Уже в римском праве V – I веков до н.э. дарение признавалось одним из оснований возникновения права собственности. Обещание подарить, если оно совершалось в форме стимуляции, также имело юридическую силу. Позднее получил исковую защиту особый вид неформального соглашения о дарении – pactum donationis. Его важнейшие положения, касающиеся предмета договора, ответственности дарителя, оснований отмены дарения, были в значительной степени заимствованы дореволюционным российским правом.

Российская цивилистика XIX – начала ХХ вв. уделяла большое внимание изучению правовых проблем дарения. Доктрина трактовала дарение как один из способов приобретения права собственности, т.е. односторонний акт, а не договор. Еще более широкий взгляд на дарение как основание возникновения любых (а не только вещных) прав представлен в работе «Русское гражданское право». Обоснованием этого тезиса служил тот факт, что дарение, сопровождающееся передачей дара одаряемому, не порождает никакого обязательства. Иными словами, дарение (как реальная сделка) совершается и исполняется одновременно в момент передачи вещи. Сторонники противоположной точки зрения исходили из того, что предметом дарения могут быть не только вещи, передаваемые в собственность, но и различные имущественные права. Кроме того, дарение может выступать и в качестве консенсуальной сделки, т.е. в форме обещания подарить что-либо в будущем. Наконец, самый серьезный довод в пользу признания дарения полноценным договором гражданского права — это необходимость получить согласие одаряемого на принятие дара. Все эти аргументы, предложенные Г. Ф. Шершеневичем в начале века, сохранили свою актуальность и легли в основу современного понимания договора дарения.

5. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. «Гражданское право: Учебник» -под ред. С.П. Гришаева — М., 2000 год;

3. «Римское частное право: Учебник» — под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского — М., 2007 год;

4. Ю.М. Козлова «Комментарии к кодексу РФ об административных правонарушениях» — М., 2002 год;

5. В.В. Калемина «Договорное право: учеб. Пособие» — М., 2006 год;

6. А.В. Сутягин «Договор дарения» — М., 2008 год;

7. А.И. Гомола « Гражданское право» — М., 2007 год;

8. Ю.В. Романец «Система договоров в гражданском праве России» — М., 2001 год;

9. С.С. Алексеев «Гражданское право» — М., 2007 год;

10. Гражданский Кодекс Российской Федерации.

11. И.Б. Новицкий «Римское право: Учебник» — М., 2008 год;

12. И.А. Покровский «История римского права» — Спб., 2007 год.

Статья написана по материалам сайтов: vuzlit.ru, zdamsam.ru, www.bestreferat.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector
Название: Договор дарения
Раздел: Рефераты по государству и праву
Тип: курсовая работа Добавлен 05:24:49 24 ноября 2010 Похожие работы
Просмотров: 4927 Комментариев: 7 Оценило: 4 человек Средний балл: 4 Оценка: неизвестно Скачать